Джонко Он

Небесный танец

Глава 1


Люди завидуют крыльям птиц,
поскольку не умеют летать.
Птицы не завидуют мозгам людей,
хотя не умеют думать.
Саринган

Чужестранец, ты хочешь услышать очередную историю из времен моей молодости? Что ж, я расскажу тебе. Было это много, много лет назад, вскоре после того, как я вернулся из опасного путешествия по Диким Землям.
Представь себе самый погожий день - в меру согретый солнцем, слегка приправленный ветром, напоенный по вкусу влагой ближайшей реки. Лето - лучшая пора в Столице. Самое подходящее время для фестивалей, карнавалов, шумных и красочных шоу.
Мне кажется, что эти празднества подчас превосходят меру разумного. Конечно, мера зависит от вашего характера; но даже самый сдержанный человек начинает делать себе поблажки, когда наступает лето. Что касается вчерашнего студента, то здесь само понятие "мера разумного" исчезает, как облако в знойный полдень. Разве что поблизости окажется кто-то более рассудительный да при том еще и авторитетный.
Вчерашним студентом был я, Эйо Икен, маг первой ступени, а моего старшего и более опытного друга звали Шикаши.
Шикаши - лучший сыщик города, человек практически без недостатков. Правда, хвастался не в меру и очень любил сквернословить. Крайне цветистые обороты естественно и органично вплетались в его речь. Пожалуй, я не буду дотошно их воспроизводить... для краткости.
Он не был волшебником, но, тем не менее считался лучшим в своем деле. Возможно, я слегка преувеличиваю, ведь Столица огромна. Но, по крайней мере в восточных кварталах Шикаши постоянно оставался на вершине рейтингов.
Восточные кварталы - сектор города, ограниченный внешней крепостной стеной на востоке, каналом Чоджи на севере, Бесконечным Трактом на юге и стеной Цитадели на западе. Население восточных кварталов - сколько то там миллионов.
Цитадель Магии издавна возвышалась в самом центре города как крепость внутри крепости, твердыня. Здесь жили и работали маги. Не все, конечно, но многие. Там же располагалась Школа Магии, которую я окончил за пару лет до описанных событий.
Когда вы живете в гигантском муравейнике, где колдуны встречаются почти так же часто, как воры, а магические амулеты не поддаются исчислению, то легко можете столкнуться с преступлением, от которого пахнет волшебством. Именно за такие расследования стал браться Шикаши с недавних пор. Раньше он предпочитал самые громкие дела чисто уголовного характера. Однако бывает, что интересы у людей меняются. Вот и Шикаши решил немого сменить амплуа. Естественно, молодой и честолюбивый маг в таком деле оказался как нельзя кстати. Вот так я и стал его напарником.
Маг первой ступени - это очень неплохо, особенно для выпускника. К тому же, я тройной маг - разбираюсь в стихиях света, снов и воздуха. Чтобы не хвалиться излишне, поясню: первую ступень я получил только по стихии света.
Несмотря на отсутствие опыта, рекомендаций, я, наверное, мог бы найти для себя лучшую работу. Лучшее - по части вознаграждения, но не по части славы. Известность, слава - вот что пьянило меня тогда гораздо больше, чем звон монет. Я хотел утвердиться в своей среде, создать себе хорошее имя. Первый шаг к этой цели я сделал, когда мы с Шикаши поймали Невзрачного Душегуба. Этот отморозок собирался возродить Гильдию Убийц.
Потом было еще несколько более или менее громких расследований, связанных с магией, и меня стали узнавать на улицах совершенно посторонние люди. Хотя и случалось это пару раз в году, но мое тщеславие было глубиной в ложку, и наполнить его гордостью до краев было совсем легко. Короче, такой образ жизни мне пришелся весьма и весьма по нраву, несмотря на то, что работа сыщика оказалась даже опаснее, чем я себе представлял.

Но я упомянул о летних развлечениях. В наших краях так принято: рынок служит местом и для торговли, и для развлечений, и для много другого. Мы с моим напарником как раз шли в направлении ближайшего рынка.
Казалось, что все население окрестных домов собралось здесь. Шикаши, пользуясь своей недюжинной силой, пер напрямик, рассекая людское море, а я удобно пристроился в кильватере.
Кое-где народ толпился вообще плечом к плечу - это значит, что там происходило что-то интересное. Около одной такой плотной группы сыщик остановился. Мы оба были заметно выше среднего роста, могли все прекрасно видеть из задних рядов, и потому поленились проталкиваться к центру.
Люди окружали высокий деревянный помост, а на помосте стояла танцовщица. Мне она сразу понравилась. Красивая девушка. Точеная фигурка, нежная безупречная кожа, и, что радует, грудь не подкачала. А то у циркачек и танцовщиц эта часть тела нередко оказывается... недоработанной.
Рядом сновали какие-то мускулистые шкафы (видимо ассистенты), но для меня они были интересны не более, чем декорации.
Потом на помост вышел какой-то старый хрыч, и зычным голосом начал вещать. Толпа слушала, нетерпеливо ожидая, когда он, наконец, заткнется, и начнется самое интересное. Из объяснений старика я узнал, что девушку зовут Таирия, и она будет исполнять Небесный Танец. Конферансье не стал подробно объяснять, что это за танец такой, разве что упомянул некий "опасный трюк". Из чего стало ясно, что нас ждет не стриптиз, а какой-то цирковой номер. Хотя от стриптиза большинство присутствующих тоже не отказалось бы.
Наконец, старый хрыч заткнулся. За пригорком уселись музыканты, и заиграли мелодию - в меру ритмичную, в меру мелодичную. Что-то в стиле классического искусства равнин прошлого века. Под размеренные аккорды девушка начала свой танец. Гибкая фигурка выписывала на сцене разнообразные па, размахивая длинными кисейными рукавами и столь же длинным шарфиком. Уж не знаю, что именно она хотела изобразить, но смотреть на нее было приятно.
Ничего замечательного она пока не делала, но это был вступительный танец, так сказать, для разогрева публики. Танцовщица была весьма хороша собой, а ее одежда почти не скрывала нежных изгибов и выпуклостей. Так что публика вполне разогрелась и без стриптиза.
Музыка замедлилась, все чаще замирая на кадансах. Танец постепенно перешел в плавные движения, наподобие ритуальных. Под эту мелодию дюжие ассистенты вынесли на помост тяжелую металлическую плиту с углублением посредине. Один из них передал танцовщице две странные штуковины в форме массивных металлических конусов. Таирия закрепила их у себя на ногах, перевернув остриями вниз. Основания конусов как-то привинтились к ее подошвам около носков, а вершины уперлись в пол. Девушка балансировала на этой странной обуви, сохраняя равновесие только за счет постоянного движения.
Оркестр снова прибавил ритм, Таирия продолжала что-то изображать, кружась и переступая с ноги на ногу. Она взошла на плиту, металл звякнул о металл. Конус на ее правой ноге вошел в углубление на плите.
Тогда Таирия сделала несколько резких толчков, раскручиваясь вокруг своей оси. Металлический конус легко скользил в ямке, почти не мешая вращению. Получился как будто живой волчок или юла.
Музыка постепенно ускорялась, и вслед за музыкой набирала обороты танцовщица. Поначалу она еще пыталась изображать что-то околохудожественное, но потом сосредоточилась на одном: быстрее, быстрее, быстрее... Ее силуэт постепенно расплывался. Прежде, чем лицо Таирии превратилось в серый смазанный вихрь, я заметил, как она закрыла глаза. Немудрено: при такой скорости она все равно не смогла бы ничего рассмотреть вокруг себя.
Время от времени раздавался резкий стук - это она ударяла левой ногой об основание, ускоряя свое вращение. Публика замерла, разинув рты - зрелище в самом деле было необычное. Невозможно было даже сосчитать, сколько оборотов она делает в течение удара сердца - пять, десять? Сейчас ее тело представляло собой волчок, сохранявший устойчивость за счет вращения.
Музыканты взяли несколько напряженных диссонансов подряд, ведя мелодию к кульминации. Загрохотали дарубы, протяжно и солидно рявкнули танкиллы. Флейта взошла к верхней ноте, и...
В этот самый момент Таирия подпрыгнула. Ее силуэт оставался смазанным, превращаясь из веретена в блестящий диск, и она взмыла вверх на высоту в три или четыре человеческих роста!
Толпа ахнула. Я видел, что циркачка не применяла магию, да и зрители это понимали, ведь на ней не было обычной прозрачной повязки воздушного мага. Тем не менее она взлетела намного выше, чем способен самый тренированный прыгун.
В то мгновение, когда девушка достигла верхней точки, вращение замедлилось, и мы смогли ее рассмотреть. Ее ноги были почти в шпагате, руки разведены в стороны наискосок, а между ними натянулись перепонки. Это была кожа гигантских пузырей - прозрачная и эластичная ткань. Две перепонки образовали что-то вроде лопастей как у семян некоторых деревьев или у ветряной мельницы. Мне все стало ясно: когда Таирия натянула ткань, образовалась подъемная сила, которая подняла ее вверх. Никакой магии: только простая воздушная механика и удивительная ловкость.
Продолжая вращаться, она плавно опустилась, ухитрившись попасть точно в то же самое углубление на этот раз левой ногой. Мелодия снова стихла.
Зрители одобрительно загудели. Некоторые из них также осознали, в чем заключался фокус, и выкрикивали похвалы, отдавая должное изобретательности и мастерству трюкачки.
Однако, сделав несколько пауз, музыканты заиграли снова, с самого начала применяя напряженную гармонию чистых кварт. Назревало продолжение. Циркачи любят исполнять сложные трюки повторно, чтобы продемонстрировать, что это отработанное умение, а не просто одна случайная удача.
Однако на этот раз, кое-что изменилось. Кто-то из ассистентов вышел на помост со стеклянным стаканом. На дне его было налито масло - немного, всего лишь на палец. Показав стакан публике, он вылил масло в углубление в плите. Хм... очень похоже на смазку, призванную облегчить скольжение.
Таирия сбросила с себя шарфик, отцепила длинные рукава и осталась в трико из гладкой эластичной ткани. Потом она собрала волосы в хвост и закрепила их вокруг лба. Как маг воздуха я прекрасно понимал, что она делает - пытается понизить сопротивление воздуха.
Тут подошел еще один ассистент и отдал ей два тяжелых металлических шара, соединенных прочной цепью. Танцовщица надела на себя крепкий пояс с какими-то механическими приспособлениями, в которых закрепила цепь за самую середину. Тяжелые шары она взяла в руки.
Действо повторилось. Снова играла музыка, снова ножка красавицы цокала о металлическое основание, разгоняя ее до немыслимой скорости. Но на этот раз наблюдать за Таирией было, пожалуй, даже страшновато.
Она выпустила шары, и они летали сейчас по орбитам вокруг нее на расстоянии в несколько размахов рук. Толпа зрителей ахнула, оробела и отхлынула, поскольку тяжелые штуковины проносились над головами у первых рядов. Зрители наблюдали за ними с опаской: а ну как оторвутся да присвистят кому-нибудь прямо в лоб?
И тут появился новый повод для аханья: к стуку металла о металл добавился новый звук: потрескивание. Все увидели, что с каждым толчком из под ног танцовщицы вырываются искры. Сначала их было немного, но по мере ускорения стали вырываться целые снопы.
Музыканты оборвали игру на середине фразы. На площади воцарилась тишина. Публика затаила дыхание. Слышно было только, как басовито гудели цепи, рассекая воздух. И трюкачка отбивала свой рискованный такт левой ногой: Щелк! Щелк! Щелк!
Вдруг она что-то сделала. Я думаю, привела в действие какую-то пружину, сматывающую цепи, поскольку шары стали сближаться. Она больше не удаляла ногой в пол, но, несмотря на это, ее вращение резко ускорилось. Эти массивные шары на концах цепей запасли очень много инерции, которая теперь стремительно превращалась в скорость. Что-то тихо щелкнуло, видимо, цепи окончательно смотались и закрепились. В этот самый момент она прыгнула.
У меня захватило дух! Это казалось совершенно невозможным, невероятным, но она, пожалуй, могла бы перелететь таким манером крепостную стену! По высоте фантастический прыжок был сопоставим с применением магии Левитации каким-нибудь студентом с факультета воздуха с курса эдак второго или даже третьего. Я был в восторге, как и остальные зрители.
Конечно, с настоящей Левитацией это не сравнится, но вся соль была именно в том, что здесь волшебство не применялось! Я сказал об этом своему другу.
- Ты уверен? - переспросил он.
- О, да! Тут не было потрачено ни капли воздушной маны, это точно. Самое большее, что она могла себе позволить - это какие-нибудь снадобья, увеличивающие скорость, силу или другие физические качества.
- Ну волшебные снадобья - это обычное дело для циркачей, я имел в виду что-то более действенное вроде амулета левитации...
- Нет, нет, ничего подобного! - горячо возразил я.
- Хорошо. Это сразу отметает один из мотивов, связанный с возможным жульничеством...
- Мотив? Шикаши, вы что-то сказали про мотивы?
Он хитро ухмыльнулся и пояснил:
- Видишь ли: я не просто так притащил тебя на это рынок, - с этими словами он указал на танцовщицу, которая принимала поздравления публики. - Знакомься: Таирия - наш потенциальный клиент. Раньше Небесный Танец был еще более впечатляющим и рискованным, поскольку его исполняли сестры-близнецы Таирия и Нима. Но увы, два дня назад Нима была убита. Генерал местной стражи расписался в своей беспомощности. Тогда ее сестра обратилась ко мне.
- А что, в этом деле есть магия?
Вместо ответа он протянул мне листок бумаги. Это была записка. Женский почерк: красивый, изящный но твердый: четкие дуги рун, ровные штрихи.
"Для Шикаши.
Позавчера моя сестра была убита. Расследование по горячим следам полностью провалилось. Слышала, что вы - лучший сыщик в округе и не боитесь браться за дела, в которых замешаны маги.
Я уже навела справки, и знаю, что ваши гонорары высоки. Но я готова заплатить требуемую сумму. Вы можете найти меня завтра на рынке Лохматого Пса, где я буду исполнять Небесный Танец в память о моей сестре.
Надеюсь на вашу помощь.
Таирия".
- А имя ее сестры вы откуда узнали?
- Надо всего лишь держать уши раскрытыми, - сказал Шикаши, указав подбородком на зрителей.
Сыщик был прав: в толпе лопотали без остановки. При желании можно было послушать, о чем они говорят, и получить кое-какую полезную информацию.

Глава 2


Зрелый муж полагает, что его глаза видят истину.
Но его мудрость - не более, чем немощь памяти.
Будучи ребенком, он знал, что глаза лгут всегда,
делая близкое значительным, а далекое - мизерным.
Саринган

Увидев Таирию вблизи, я несколько оробел. На сцене в окружении гороподобных помощников она выглядела миниатюрной и юркой, но вблизи оказалась ровно моего роста. Не то, чтобы я имел какие-то предубеждения против крупных девушек, просто... неожиданно.
А если не придираться к росту, то рядом танцовщица смотрелась еще красивее и сексуальнее. Она смыла актерскую краску, но черты лица остались в меру яркими; она переоделась, заменив облегающую одежду на свободную, но я не мог найти ни одного изъяна в линиях ее тела. Вы, наверное, станете иронизировать: мол, много ли можно увидеть, когда мешает просторный халат? Но некоторые маги света способны заглянуть сквозь ткань, и не отказывают себе в этом маленьком удовольствии. И я себе не отказал... и не пожалел: перед моим взором словно ожила статуя эпохи Искусства Поиска Безупречности. Конечно, такое сквозное зрение не совсем полноценно, но все же...
Шикаши назвался сам и назвал меня, предъявив верительные грамоты с печатью генерала.
- Прежде, чем я скажу, что берусь за это дело, я хотел бы ознакомиться с его обстоятельствами, - сказал сыщик. - Расскажите то, что знаете. Особенно меня интересуют ваши предположения и то, что вы имели в виду, упоминая магов в вашей записке.
Жаль, что голос Таирии поблек в моей памяти. Девушка изложила историю случившегося связно и неглупо. Шикаши пришлось лишь изредка направлять ее рассказ короткими вопросами - в то время как других клиентов, бывало, приходилось часами расспрашивать, чтобы получить все необходимые сведения.
Беда случилась два дня назад. В ту ночь Нима осталась в доме одна. Таирия ночевала у своего парня, и должна была вернуться к полудню.
Утром к ним зашла торговка по имени Шалика. Она не только снабжала сестер молоком и соками, но была их давней подругой, и даже имела ключ от двери. Войдя в дом, торговка не встретила девушек, которые обычно вставали рано, вели себя шумно и встречали гостей без промедления.
Женщина не хотела заходить второй раз, и решила убедиться, что хозяек в самом деле нет дома. Она стала обходить все комнаты подряд, а когда заглянула в спальню, нашла Ниму. Кинжал торчал из ее спины, и запекшаяся, потемневшая кровь заливала половину кровати. Тело уже остыло.
Шалика позвала стражу, а те послали гонца за Таирией. Когда она появилась, дом уже окружили люди местного генерала, отгоняя зевак и бардов, что сползлись, как черви-падальщики на запах смерти.
Осмотр места происшествия и опрос свидетелей ничего не дал. Таирия поделилась своими подозрениями с генералом, но без толку:
- Он сказал, что с такими бедными уликами расследование сможет провести только сыщик, притом очень хороший, а страже дело не по зубам.
Тут надо пояснить, что у нас в Столице своеобразная система правосудия - нецентрализованная. Вполне в духе идеи "стабильного хаоса". В рядах борцов с преступностью существует четкое разделение труда. Есть группы, которые специализируются на разных задачах.
Самые многочисленные - это стражники под начальством генералов. Они стараются предупредить преступления, прийти вовремя на помощь, поймать преступника по горячим следам или по чьей-то наводке. Если преступнику удалось избежать встречи со стражей, тогда в дело вступаем мы, сыщики. Нас не так много и работаем мы в основном поодиночке или парами. Далее, есть "фаланги" - небольшие отряды, которые специализируются на охране особо важных персон или мест. И, наконец, существуют "конторы" - гильдии наемников, которые занимаются всем подряд по мелочи.
Во время войны генеральская стража превращается в основную армию города, фалангисты - в гвардию, мы, сыщики - в контрразведку, а конторщики служат часовыми, конвойными, а также в разведке. Таким образом, одни и те же люди в мирное время сдерживают преступность, а во время войны составляют ядро армии.
Я забыл еще упомянуть Цитадель. Там своя система. Как стены самой Цитадели образуют крепость внутри крепости, так и в деле защиты Столицы от внутренних и внешних врагов она играет роль сердцевины, ядра. В Цитадели есть своя стража, состоящая из магов и подчиняющаяся одному из иерархов. Простые горожане их слегка побаиваются, называя "карателями". Причина этих страхов, вероятно, состоит в том, что каратели не размениваются на мелочи. Они занимаются только очень важными делами, связанными с магией, политикой, мафией. Но дела такого рода зачастую приводят к весьма серьезным последствиям. Так что нередко появление карателей на сцене сопровождается особенно большим шумом и эффектами, устрашающими сонных обывателей.
- Значит, какие-то улики все-таки есть, - сделал вывод Шикаши.
- Я знаю, кто мог убить мою сестру... - начала Таирия.
- Ого! Тогда в чем же дело?! - удивился я.
- ... но я не знаю, как его найти, - закончила она.
- Давайте по порядку, - сказал мой напарник. - С чего все началось?
А началось все, по словам Таирии, много лет назад, задолго до ее рождения. Давным-давно в ее роду был маг снов, довольно сильный и уважаемый. Маг всю жизнь вел какие-то исследования, но естественная смерть от старости прервала его многолетний труд.
Дело жизни, прерванное смертью, - история старая, как мир. Иногда маги завещают свои архивы Цитадели, надеясь на то, что их коллеги с благодарностью и пользой применят знания, которые уже не нужны усопшему. А другие оставляют записи потомкам, предполагая, что в роду появится другой маг той же стихии, способный извлечь пользу из наследия своего предка.
Тут был случай второго рода. Предок Таирии и Нимы завещал свои работы тому магу снов, который будет его прямым потомком по крови и успешно закончит Школу Магии. Предполагалось, что он получит эту посылку из далекого прошлого как награду за успешную сдачу экзаменов.
Шли годы, потомки колдуна множились и процветали, но ни одного мага в клане больше не родилось. Согласно завещанию, на роль хранителя наследства выбирали достаточно богатого человека, чтобы не возникло искушения нарушить волю покойного и продать его бумаги. Так пакет с записками колдуна несколько веков переходил из рук в руки, из поколения в поколение.
Несколько лет назад Таирия и Нима стали очередными хранительницами наследства.
А недавно к ним пришел некий человек... и предложил продать записки мага. Сестры отказали ему.
- Этот любитель древностей оказался весьма настойчивым, - рассказывала Таирия, - и наше с ним расставание получилось... бурным.
- В смысле "бурным"? - не понял Шикаши.
- Ну... он стал нам угрожать, и мы ему предложили проваливать к... в общем, далеко.
- А потом?
- Он проваливать не захотел, продолжал настаивать и грозиться, и тогда мы с сестрой... его поколотили... слегка... а может, и не очень слегка.
Сыщик оценивающе посмотрел на потерпевшую. Видимо, он прикидывал, на что способны две такие статные девицы, как Таирия. По мне так вдвоем они почти любого мужика уделают, если, конечно, тот без оружия и без магии. Судя по следующему вопросу Шикаши, мы думали одинаково:
- Надеюсь, ваш гость выжил?
- Да... отделался расквашенным носом. Но вот что странно. Он шмыгал и вытирал нос так, как будто там была кровь. И действительно несколько капель упало на пол, но лицо его оставалось чистым и таким... застывшим что ли. Как маска.
- Маска и есть, - подтвердил я. - Магия света, группа Иллюзий, аркан Маска. Губы двигались, когда он говорил?
- Я не помню... но он улыбался время от времени. Противно так.
- Интересно, интересно...
- Когда я упомянула про это дело, то генерал тоже сказал, что тут замешано волшебство, и лицо на самом деле не его.
Таирия, тем временем, продолжала рассказ. Визит нахального гостя случился две недели назад. Он не назвал своего имени, не сказал, кого представляет, и скрывал свое настоящее лицо. Поэтому генерал заявил, что найти его невозможно. Остается лишь одна надежда: нанять какого-то особенно высококлассного сыщика, и надеяться, что он сможет разгадать безнадежную загадку.
- Поэтому я обратилась к вам, - закончила Таирия.
Шикаши с достоинством поклонился, заметив, что классного сыщика она нашла совершенно правильно. Однако, хвастая и распуская веером хвост, он не забывал о деле:
- А почему вы решили, что именно тот покупатель замешан в убийстве?
- Наследство пропало.
Когда стали обследовать место преступления, генерал первым делом выдвинул версию ограбления. Таирия тщательно осмотрела весь дом и не нашла старинного пакета. Все остальное было на месте, а наследство волшебника исчезло.
Однако Шикаши не успокоился:
- На всякий случай давайте уточним: можете ли вы предположить иные мотивы убийства? Какие-нибудь другие недоброжелатели, может быть, в более отдаленном прошлом?
Таирия не смогла припомнить сколько-нибудь серьезных конфликтов, благодаря которым ее сестра могла нажить себе смертельных врагов.
- А может быть, она вам чего-то не говорила? - допытывался Шикаши.
Уж не знаю, что сыщик добивался своей настойчивостью, но я никогда не понимал до конца все уловки, которые он применял на допросе. Девушка сделала решительный жест отрицания.
- Вы не знаете, что такое близнецы. У нас не могло быть друг от друга секретов. В детстве мы даже придумали свой тайный язык - тайный от всех, кроме нас двоих, и так поступали всегда: делились друг с другом самым сокровенным и самым незначительным, а перед другими лишний раз не открывались. Доходило до того, что мы сами иногда немного путались, вспоминая, что было со мной, а что с ней. Пару раз мы даже видели одинаковые сны.
Потом зашел разговор о пропавших записях. По словам Таирии, это был аккуратный толстый пакет, упакованный в пергамент, пожелтевший от времени.
- Что могло быть в этом пакете?
- Я мало, что понимаю в магии, - развела руками танцовщица. - Пакет достался мне от бабушки. Она говорила о нем что-то, но я уже не помню, что именно. То ли какое-то заклинание, то ли какие-то расчеты...
- Ваша бабушка еще жива?
- Увы...
Больше никаких полезных сведений от сестры убитой мы не получили. Она сама завела разговор об оплате наших услуг. В ответ Шикаши спросил:
- Вы не убивали свою сестру?
Ее лицо полыхнуло гневом как огнем:
- Я же сама обратилась к вам!
Она была права: расследование по горячим следам ничего не дало, а значит дело закрыто генеральской стражей. Дальнейший поиск следов преступника возможен, но только если кто-то из друзей или родственников жертвы наймет сыщика. Убийце не было никакого смысла делать это, тем более, не было смысла нанимать дорогого и умелого специалиста, у которого больше шансов раскрыть преступление.
Шикаши посмотрел на меня, и я изобразил пальцами один из тайных условных знаков, о которых мы давно договорились. Я сигнализировал, что девушка не лжет.
- К тому же, - добавила вдруг Таирия, - все знают, что значит серая повязка на голове. Ваш спутник - маг снов. Разве он не чувствует, что я не убийца?
- Вот теперь, когда вы это сказали, чувствует. Поэтому я и спросил, - ответил Шикаши. - Прошу меня извинить. В моей карьере пару раз были случаи, когда меня нанимали убийцы при сходных обстоятельствах. Они полагали, что их невозможно заподозрить. Действительно, заподозрить вас почти невозможно, но чего только не случается в жизни. Еще раз прошу меня извинить. И я берусь за это дело.
Пока Шикаши и танцовщица заключали договор, я размышлял об одной оговорке, которую она сделала. Девушка сказала, что отправилась провести ночь со своим мужчиной. Интересно, у них все серьезно или у меня есть шанс? Циркачка мне по-настоящему понравилась, и мои молодые гормоны пребывали в полном согласии с рассудком.

Потом мы решили осмотреть место преступления.
Здесь, несмотря на огонь юности в крови, мое мнение об уме Таирии немного померкло. Она устроила в комнате тщательную уборку, уничтожив тем самым все улики, которые могли остаться после стражников генерала. Даже сломанная щеколда на окне была исправлена плотником.
- Боялась, что кто-нибудь влезет, - призналась она.
Я представил себе молодую девушку ночью, одну, в доме, где только что произошло убийство. Оставить беззащитно открытым окно, через которое уже однажды влез душегуб? Вы бы на ее месте так поступили?
Очевидно, что кровь, пропитавшую тонкое одеяло и матрац, тоже нельзя было оставить гнить в такую жаркую погоду. Но все прочее можно было бы не трогать. Таирия, однако, устроила здесь что-то вроде генеральной уборки.
- Вы пытались вместе с грязью и беспорядком стереть случившееся?
Шикаши спросил низким бархатным голосом. Думаю, если бы он не стал сыщиком, то сделал бы карьеру певца. Своим голосом Шикаши иногда творил такое, что можно было заподозрить применение магии снов или амулетов. Кажется, у него были заготовлены особые интонации на все случаи жизни. Вот и сейчас он говорил особенным тоном, предназначенным для утешения потерпевших. Эффект последовал незамедлительно, девушка разрыдалась у него на груди.
Она говорила что-то сквозь плач. Да, она многое рассказала о своей сестре и о прошлом, но я не буду повторять все дословно, поскольку в дальнейшем расследовании это нам никак не пригодилось. В основном она вспоминала детство, их девчоночьи проделки, описывала характер сестры. Как нетрудно догадаться, они были похожи. Она не притворялась в своем горе, и, кажется, ее тоска чуточку притупилась после того, как Шикаши спровоцировал слезы.
Маги снов способны видеть эмоции находящихся рядом людей до мельчайших подробностей - по ауре. Слушая невольную исповедь Таирии, я многое узнал о ее характере. Это был по-настоящему хороший человек, и мне особенно сильно захотелось помочь именно этой клиентке.
Тем временем Шикаши начал краткий допрос на месте преступления.
- Был ли в комнате беспорядок, следы обыска?
- Нет. Ничего не было тронуто, потому я и не догадывалась сначала о краже.
- Значит, преступник либо искал очень аккуратно, либо знал, где искать, закончил свои дела быстро и не успел наследить. Кто знал о том, что пакет лежит именно в этом ящике?
- Только я и сестра, - ответила Таирия. - Мы положили пакет туда после смерти бабушки, став очередными хранителями этого наследства.
- Когда это было?
- Три года назад, на обряде почитания.
- На обряде были гости?
- Конечно. У нас большой клан.
- Спрятав пакет, вы больше его не перекладывали?
- Даже не заглядывала в ящик. Там всякий старый хлам...
- Мог кто-нибудь из гостей видеть, как вы кладете пакет именно сюда?
- Ну... я не знаю. Вряд ли, - немного подумав, она добавила. - Случайно могли заметить, ведь мы специально не прятались.
- А мог кто-нибудь из них посоветовать вам, куда положить пакет?
- Не помню такого.
- Но прошло три года. Вы могли забыть?
- Да, наверное. Пожалуй, могла бы.
- А мог кто-нибудь из них знать, куда вы вообще кладете такие вещи?
- Да, мама, отец, дядя знали. Возможно, еще кто-нибудь от них.
- Кто-нибудь убирается в доме? Та торговка, которая подняла тревогу?
- Шалика? Нет, убирались мы сами.
- У кого еще есть ключ?
- У меня, у Нимы... был. У Шалики. Это все.
Мы взяли у Таирии адреса разных людей, имевших отношение к событиям, и покинули ее дом.
Шикаши спросил меня, насколько может быть ценно наследство мага снов. Я рассказал ему то, что знал.
В стихии снов больше заклинаний, чем в любой другой (а вообще есть стихии огня, воды, земли, воздуха, света, снов и пустоты). Но большинство заклинаний стихии снов совершенно бесполезны. Например, способность читать "мысли" жуков (ну о чем интересном может думать жук?) или аркан, позволяющий заметить издалека крохотную зеленую линию в ауре лошади (даже неизвестно, с чем эта линия связана). Формулы всех эти заклинаний тщательно записываются, но пылятся в библиотеке Цитадели, никому не нужные, просто на всякий случай. Изредка оказывается, что из какого-то заклинания можно извлечь пользу, но обычно нет.
Если наследство старого мага содержит подобные заклинания, тогда оно не стоит практически ничего. Но есть в магии снов несколько групп крайне полезных заклинаний - Поиск, Зов, Чтение Мыслей, Ясновидение, Эмпакинез. Если старик открыл что-то подобное или хотя бы приблизился к открытию, то за это вполне могли и убить.
- Значит, многое зависит от того, что же он оставил потомкам... - пробормотал Шикаши.
- Наверное, что-то ценное, раз его за это убили.
Сыщик фыркнул и отчитал меня:
- Сколько раз я тебе говорил: не спеши с выводами! Так ты никогда не станешь великим сыщиком, сравнимым по величию со мной.
Да, Шикаши не был скромником, это так.
- Убийство ради кражи пакета со старинным наследством - это версия, которая лежит на поверхности, - продолжал он свою нотацию. - Но то, что лежит на поверхности - это не обязательно правда. Это просто то, что сейчас оказалось ближе к твоему мысленному взору, и потому кажется больше и значительнее. Вот тебе другая версия: клиентка обмолвилась, что три года не заглядывала в ящик. Это значит, что пакет могли украсть, скажем, два года назад. А убийство совершили лишь третьего дня по мотивам, никак не связанным с наследством. Кстати, ты же у нас, кажется, большой специалист по иллюзиям?
Я немного удивился резкой сменой темы, но подтвердил.
- Что ты скажешь о "Маске"? Кажется, я уже видел такое, и не раз, - заметил Шикаши. - Только уголовники называют это "морда взаймы".
- Это простонародное название, правильнее - Маска. Да, преступники, бывает, используют. Но здесь работал профессионал высокого класса, вот что интересно.
- Как ты это определил?
Я объяснил ход своих мыслей.
Есть несколько видов "масок". Все они меняют внешний вид лица. Простейший вариант - создать перед настоящим лицом иллюзорное изображение. У этого способа есть большой минус: полное отсутствие мимики. Даже когда человек говорит, его иллюзорные губы не двигаются. Это слишком заметно.
Второй тип маски чуть сложнее. Поддельное "лицо" делают не сплошным, а с выемкой внизу для губ и подбородка. Тогда при разговоре видно, как двигаются губы и нижняя челюсть.
Но и у этого заклинания есть недостаток: нужно сделать плавный переход от краев маски к настоящему лицу. Если у человека мимика очень энергичная, то при разговоре могут возникать заметные дефекты. Либо края рта вдруг скрываются за маской, либо щеки проступают наружу сквозь поддельную личину.
Но есть еще третий тип маски. Она меняется одновременно с движениями лица. Это сложный аркан, который требует от мага гораздо большего мастерства.
Когда нахальному гостю расквасили нос, за маской кровь была не видна, но она текла. Как только капли падали вниз, они становились видимыми. Если бы это была маска второго типа (с настоящими губами и подбородком), тогда кровь была бы заметна на губах и подбородке. Значит, мы имеем дело с третьим типом маски, которую делал специалист.
Однако нельзя сказать, что это был такой уж большой мастер. Таирия заметила, что выражение лица гостя было застывшим. Это значит, что маг схалтурил: сделал нормальные движения губ, а об остальной мимике не позвботился.

Глава 3


Собирая плоды прошлого, торопись.
Эти плоды не гниют,
Но сок их теряет сладость.
Саринган

Мы вышли из дома клиентки. Воздух потускнел и насытился влагой. Тучи бабочек спускались вниз в поисках укрытия среди человеческого жилья, предупреждая жителей о том, что скоро может начаться ливень.
Сестры-близнецы жили на втором этаже трехэтажного дома. Окно, через которое влез убийца, выходило на улицу и располагалось довольно высоко. На стене не было никаких уступов по которым можно было бы залезть наверх.
Шикаши захотел осмотреть окно, и я наколдовал Левитацию. Дождь рядом с нами сразу пошел в обратную сторону: снизу вверх. Мощный поток воздуха концентрировался на ступнях, локтях и подмышках, аккуратно поднимая нас вдоль стены.
Узкий подоконник, на котором едва-едва можно встать. Окно состояло из двух частей. Слева была узкая створка на петлях, а справа - широкая неподвижная рама. Плотник починил запор, и никаких следов взлома не осталось. Но как же преступник сюда попал? Он мог быть магом воздуха, как и я, или использовать летательный амулет. В те времена Цитадель не торговала коврами-самолетами, но для предприимчивого человека всегда найдутся обходные пути...
Сыщик скомандовал поднять его на крышу. Здесь на первый взгляд не было ничего интересного: два пологих ската, крыша покрыта обычными тонкими пластинками из пескобетона, а по краям идет низкий бордюр.
- Смотри-ка...
Шикаши указывал на две чуть заметные отметины. Очень похоже на след от веревки. Самой веревки нигде не было видно. Возможно, убийца использовал якорь-кошку? Осмотрев крышу, мы обнаружили столбик громоотвода. Сыщик обратил мое внимание на горизонтальную полоску. Здесь ржавчина была стерта, и металл слегка блестел.
- Что скажешь? - спросил сыщик.
Понятно. Веревка охватывала громоотвод с двух сторон и свешивалась через бордюр. Преступник спустился с крыши до второго этажа, после чего потянул за один конец веревки, и смотал ее.
Я высказал Шикаши свои соображения. Он согласно кивал с видом мастера, которому ученик правильно отвечает урок. В принципе, так оно и было.
- Есть еще кое-что...
Шикаши сильно пнул громоотвод. Тот немного согнулся. Сыщик многозначительно посмотрел на меня, как бы предлагая разгадать очередной ребус.
- Хотите сказать, эта железяка хлипковата? И значит... значит преступник был легким человеком, иначе бы громоотвод погнулся бы в сторону улицы? Убийца либо маленький, либо худой. А еще створка окна, на которой был сломана щеколда, очень узкая. Толстяк или крепыш там не пролезет. Значит, преступник - стройный мужчина любого роста.
- Или женщина, - добавил сыщик. - Или подросток.
Я мысленно представил себе картину, и немедленно изобразил ее, создав магическую световую иллюзию прямо в воздухе. Иллюзия рисовала Таирию, которая пытается пролезть в собственное окно, однако определенные упругие округлости спереди и сзади этому очень мешают.
Шикаши покосился на изображение и неприлично заржал. Сквозь смех он признал, что, женщины, конечно, тоже бывают разные.

Нашей следующей остановкой стали казармы генеральской стражи. Генерал встретил нас радушно. Неудивительно: два отряда стражников могут конкурировать между собой, но с сыщиками им делить нечего. Скорее, наоборот: мы помогаем друг другу делать общее дело.
Потому генерал охотно и подробно рассказал нам все, что знал. Мы провели довольно много времени в казармах, собирая информацию.
Началось все с опроса свидетелей - то есть, самих стражников и их предводителя. Как профессионалы, они подробно и детально воссоздали картину места преступления, иногда сопровождая свои пояснения простыми рисунками на пергаменте, например, чтобы показать положение тела.
По их словам комната была в полном порядке, никаких следов обыска или борьбы. Убитая лежала на кровати лицом вниз, укрытая тонким одеялом, сквозь которое и был нанесен удар. Ее руки оставались опущены вдоль тела и немного разведены. Кинжал торчал из спины вертикально, всаженный по самую рукоятку. Кровь немного смочила одеяло вокруг лезвия, но в основном пропитала матрац слева от трупа.
Окно было взломано, судя по всему, каким-то металлическим инструментом с плоским наконечником вроде рычага, ломика или широкого ножа. В результате гвозди, державшие щеколду, оказались аккуратно выдернуты. Положение тела указывало на то, что проникновение было выполнено бесшумно, и жертва даже не проснулась.

Потом мы направились в морг. В те времена я уже начал привыкать к виду трупов, но все еще не приобрел того безразличного и холодного цинизма, который присущ бывалым солдатам и особенно некронистам. Как говорил Шикаши, возня с мертвецами - самая неприятная часть нашей работы, но, увы, совершенно неизбежная.
Передо мной лежала Таирия. Так я подумал сначала, вздрогнул, но через мгновение осознал, что это должна быть ее сестра-близнец Нима. Сходство было абсолютным за исключением цвета кожи - светло-салатного. Это результат действия состава, который вводят внутрь трупа, чтобы он не разлагался. Вскоре должны состояться похороны, и перед ними телу придадут прежний вид, выкрасив краской под тот цвет кожи, который покойная имела при жизни.
Смотреть было особо не на что. Тело сильной, красивой женщины, которая еще только начинала жить. Маг-некронист, который заведовал моргом, сказал, что покойная, судя по всему, была в отменном здравии, и могла нарожать кучу детишек, если бы не удар убийцы. Никаких повреждений, следов борьбы на теле не обнаружилось за исключением единственной смертельной раны. Судя по всему, Нима перешла из состояния глубокого сна сразу в состояние сна вечного.
Шикаши интересовала в первую очередь рана, нанесенная убийцей. Здесь он не стал требовать от меня отчета, поскольку в таких делах я еще не разбирался. Напротив, он осматривал жертву и по ходу дела делился со мной своими премудростями:
- Это профессиональный удар. У меня почти нет сомнений, что мы имеем дело не со случайным преступником, а с опытным убийцей, специалистом своего "дела". Посмотри, как вошел нож - между двумя ребрами. Максимально близко к позвоночнику и с небольшим отклонением к центру. Дело в том, что изредка встречаются люди с расположением сердца не слева, а справа. При таком ударе сердечная мышца будет задета гарантированно, независимо от особенностей анатомии жертвы.

Наконец, дошла очередь и до орудия преступления.
Простой кинжал из закаленной стали без рисунка или отметин. Безликое и универсальное оружие, которое применяют как профессиональные убийцы, так и преступная шпана значительно меньшего калибра. С рукоятки клинка были стерты все следы, маг не смог уловить никакого особенного запаха, кроме запахов металла, крови и ржавчины.
Лезвие кинжала было длинным, узким, острие тщательно заточено. Шикаши взял его, и продемонстрировал мне: рукоятка полностью исчезла в руке сыщика. Она была слишком короткой, и сыщик не мог держать такое оружие сильным и надежным хватом. И снова этот взгляд, говорящий: "думай, партнер".
- Значит, все-таки женщина, - сказал я.
Рука убийцы должна быть узкой. Даже худой, тонкокостный мужчина или мальчик-подросток, как правило, имеют сравнительно широкие ладони. Этот кинжал был предназначен либо для женщины, либо для ребенка. Его длинное узкое лезвие требовало минимального усилия, чтобы нанести тот самый удар. Я сказал об этом.
- В моей практике встречались дети-убийцы, - заметил Шикаши, слегка мрачнея от воспоминаний. - Но никогда - профессиональные, а удар нанесен знатоком своего дела. Теперь у меня почти не осталось сомнений в том, что мы имеем дело с женщиной.
Это несколько сужало круг поиска, однако не настолько, чтобы внушать оптимизм. Худая женщина, наемная убийца-профессионалка - вот все, что мы пока знали. В нашем многомиллионном городе хватает бандитов. Где ее искать? Я бы встал в тупик перед подобной проблемой, но только не Шикаши.

Глава 4


Отдавая детям себя, свои силы, время, и богатство,
Мы отдаем самого себя нынешнего себе будущему.
Саринган

Наследство мага исчезло, но в комнате не осталось следов обыска. Напрашивался вывод: убийца знала, что искать, и где. Тем не менее, Шикаши имел в виду еще несколько версий. Первая: пакет был украден раньше; вторая: убийце просто повезло найти бумаги сразу; третья: она действовала очень аккуратно, имея целую ночь в своем распоряжении. Тем не менее, версия об осведомленности убийцы казалась наиболее вероятной, и сыщик стал ее раскручивать в первую очередь.
Мы составили список родственников и друзей Таирии и Нимы - всех тех, кто присутствовал на обряде почитания или часто посещал дом. Мы обходили их поодиночке и расспрашивали о том, кто что знает насчет наследства мага.
Каждому из них Шикаши в конце встречи задавал сакраментальный вопрос: "вы замешаны в убийстве?" - и выслушивал возмущенные ответы. А я в этот момент внимательно всматривался в ауру: не промелькнет ли там петля лжи или мутноватая полоска сомнения.
Первая маленькая удача улыбнулась нам, когда мы говорили с Шаликой - той самой торговкой, которая нашла тело.
- Кажется, я видела наследство мага, - сказала она нам.
На правах лучшей подруги, она часто бывала в доме близнецов и пользовалась их полным доверием. Однажды Нима купалась и попросила принести полотенце из комода, но не сказала, в каком ящике посмотреть. Поэтому Шалика выдвинула все ящики, прежде, чем нашла полотенце. В одном из них обнаружился всякий хлам: мусор, записи, портреты, сувениры и большой пакет, завернутый в пожелтевший пергамент. Шалика закрыла ящик, и забыла о нем, покуда сыщик не объяснил, что именно искал убийца.
Было это не так давно - около месяца назад. Для нас это означало, что версия насчет давней кражи отпадает. Все-таки убийство и наследство мага должны быть связаны.
Оказалось, что история про наследство широко известна в роду, став одной из семейных легенд. Никто не мог объяснить вразумительно, что за бумаги находятся в пакете, и каждый строил свои предположения. Одни говорили, что там, должно быть, бессмысленные записи старого маразматика, возомнившего, что оставляет потомкам ценные откровения. Другие, напротив, утверждали, что записи имеют огромное значение, вот только надо подождать, когда в роду появится маг снов, и тогда клан прославится. Тем не менее, ни оптимисты, ни пессимисты не знали точно, что же там, внутри.
- А я знаю, - заявила одна старуха, очередная дальняя родственница сестер-танцовщиц.
В первый раз за все время, пока мы обходили свидетелей, я почувствовал, что здесь нас не будут кормить досужими домыслами. Ауру старухи украшали строгие ровные линии - верный признак того, что женщина не врет, а также и того, что эта старая, физически немощная перечница сохранила в свои годы сильный и острый ум. Бабуся была не так проста, как выглядела.
Она придавала большое значение традициям и истории рода. Кажется, для нее это было особенно важно. Имена, даты, события - все это бережливо хранилось в памяти. Женщина жила среди теней былого - воспоминаниями, семейными легендами. Помню, у нее было очень мелодичное имя, которое больше подошло бы молодой девушке - Энфиалина. Но ведь когда-то и она была молода...
- Этот пакет передается из рук в руки очень давно, - рассказывала она. - Тот маг умер триста лет назад, и его ветвь родового древа цветет пышным цветом. Сейчас число его потомков перевалило за сотню, - рассказывала старуха. - Я знала бабку близняшек, мы были подругами, и я хорошо помню ее дядю. Именно он в свое время был хранителем наследства. Этот остолоп случайно разбогател, благодаря везению, но столь же внезапно разорился по собственной глупости. Тогда пакет отдали на сохранение бабке Таирии. Дело в том, что в завещании значилось: наследство мага должно храниться у богатой семьи, чтобы не служить источником лишнего искушения.
- А что, близнецы в самом деле богаты? - поинтересовался Шикаши. - Этот Небесный Танец, который они исполняли, получается, весьма доходное дело?
Старуха не согласилась:
- Нет, танцы - это баловство. Но бабка Таирии была очень состоятельна. К тому же и рассудительна, а мать бережлива, и девочки унаследовали их черты. Они, хотя и не приумножили состояние, но и не растранжирили его. Таирия и Нима жили прилично, но скромно на те деньги, которые зарабатывали сами, храня бабкино богатство для своих будущих семей и детей.
Я напомнил старухе, как она обмолвилась, что знает о содержимом пакета.
- В самом деле знаю. Видите ли, в завещании нет запрета на то, чтобы заглядывать в пакет.
- Вот как?!
- Да. И Азано однажды показывал мне эти бумаги.
- Азано - это...?
- Это дядька бабки близнецов - тот, кто был хранителем наследства. Так вот, Азано однажды вскрыл его и показал мне, а потом сложил все обратно и запечатал.
- Но что же там было?
- Какие-то вычисления и схемы. Это по твоей части, - сказала старуха, обращаясь ко мне, - Я разбираюсь в истории, а в магии ни в зуб ногой. Скажу только, что копировать все эти записи было бы пустым занятием.
- Почему?
- Да потому, что там все зашифровано. Представляешь? Чуть-чуть картинок, а все пояснения к ним - сплошная абракадабра.
- Вот тебе на! Не понимаю... тогда какой во всем этом смысл?! - воскликнул я. - Что толку, если наследник получит записи, в которых все равно не сможет разобраться?
Старуха посмотрела на меня очень насмешливо и пояснила:
- Он получит не только записи. Есть еще одна часть наследства, тайная. Эта часть - ключ.
Оказалось, Азано проболтался. Вернее так: у Азано был двоюродный племянник, который проболтался Азано, а тот растрепал еще кое-кому, включая нашу свидетельницу. Таким образом тайное стало явным, но не настолько широко известным, чтобы войти в семейные предания. Об этом знали, но немногие. Именно племянник Азано был очередным хранителем ключа.
Свидетельница не помнила имени этого человека, и не могла сказать, жив ли он еще. Но она пообещала покопаться в архивах. Шикаши заинтересовался содержимым пакета, хотел больше деталей, но и тут память подвела старую женщину.
Тогда я предложил применить черный опар, чтобы вызвать из прошлого старые воспоминания. Она была не против, и я отправился в магическую лавку Цитадели.

Лавка волшебства - мне нравилось это место. Можно сказать, что меня сюда тянуло. Здесь накопилось много соблазнительных вещиц - амулеты, ингредиенты, артефакты, фолианты с магическими формулами. Большинство из них относились к категории "только для магов". Цитадель не хотела лишних конкурентов, и во все времена ограничивала торговлю колдовскими причиндалами.
Закончив Школу Магии, я получил самостоятельность формально, а, нанявшись на работу к Шикаши, обрел и фактическую, денежную независимость. У меня образовался небольшой избыток монет, и я стал частым гостем магазинчика Черного Крыса.
Хозяина так и называли - "Черный Крыс". Наверняка это была кличка, но он не обижался. Так получилось, что мы быстро сдружились, и как-то раз в порыве откровенности он признался, что приторговывает из-под полы и понемногу занимается контрабандой. Ничего особо страшного, но, вообще то, если бы я об этом доложил, он бы отправился прямиком в тюрьму. Все же Черный Крыс не ошибся в недавнем студенте: будучи сыщиком, занимаясь ловлей серьезных преступников, которые убивали, насиловали, пускали по ветру целые кланы, я стал снисходительно смотреть на мелкие нарушения закона. Но разве я один такой, не совсем законопослушный?
- Покупаешь для себя? - спросил Черный Крыс, ставя на прилавок баночку с порошком.
Каждый раз, продавая мне черный опар, он задавал этот вопрос, и я отвечал "да". Открыв рот, я чуть было не сказал по привычке то же самое, но вовремя осекся.
- Нет... для одного человека.
Черный Крыс тоже привык к тому, что я покупаю порошок исключительно для себя, и удивился:
- Надо же, я думал опар нужен только магам снов для Поиска и всего такого. Ладно. Тогда мне полагается спросить пол и возраст твоего "человека".
- Женщина, старая. "Полагается?" Зачем тебе это?
Черный Крыс пренебрежительно бросил:
- Эх ты, студент... Знаешь ли ты, что черный опар имеет противопоказания? Его нельзя беременным и старикам. Если бы ты дал опар этой твоей бабке, она могла бы окочуриться раньше времени.
Кажется, я вспотел и побледнел, осознав, что чуть было не совершил фатальную глупость. Но кто же мог знать? Неужели я прогулял именно те лекции, на которых могли говорить об этом? Помнится, тогда у меня как раз случилась первая любовь... или вторая... или третья. Не помню, но, в общем, меня поглотило одно из ранних романтических увлечений, и учеба отошла на второй план.
Узнав, что черный опар мне нужен для того, чтобы освежить воспоминания старухи, Черный Крыс предложил мне другое снадобье. Оно было гораздо дешевле и безопаснее.
Но и слабее. Результат получился более, чем скромным. Нашей свидетельнице удалось вспомнить и зарисовать пару схем, виденных в книге, и короткий обрывок текста, звучавший как полная абракадабра. Стало ясно, что "взломать" этот шифр без ключа нереально.
- А схемы? Они тебе о чем-то говорят? - спросил Шикаши.
- Это ауры. Не целиком, а только схематическое изображение основных элементов.
- Чьи?
- Ну... судя по всему, ауры двух каких-то мужчин, магов... ничего особенного.
- Искать их бесполезно, небось? Триста лет прошло... многовато даже для магов.
Я кивнул и заметил, что картинки вообще содержат маловато деталей для Поиска. Там нужна целая куча подробностей.
- Получается, что исследование предка Таирии как-то связано с аурами... - пробормотал сыщик заинтересованно.
Он задумался, но я прервал его размышления, чтобы огорчить:
- Шикаши, он же был магом снов, как и я! У нас большая часть заклинаний так или иначе связана с аурами. Так что эти картинки ровно ничего не значат. Вот если бы можно было расшифровать тот текст... он ведь был написан под схемами и, наверное, служил для пояснения...
Так получалось, что кратчайшая тропинка расследования вела к племяннику Азано.
Мы надеялись, что у клана Таирии есть нужные записи в архивах, и эта надежда оправдалась. Род мага бережно хранил свою историю, в нем даже был свой архивариус, который занимался составлением генеалогического древа и ведением истории клана. Этим архивариусом была как раз старушка с красивым именем - Энфиалина.
Мы узнали имя двоюродного племянника дяди бабки Таирии (вот как!). Это был некий Сенсейм Аперу. Само собой, он порядком постарел, но помирать пока не собирался.

- И вы хотите, чтобы я сказал вам ключ?! - восклицал он. - Это закон наследства, это воля покойного, мой род честно хранит ключ многие годы, и вы хотите разрушить связь поколений?! Нет, нет и нет!
- Послушайте, но ведь наследство украдено, - увещевал его Шикаши. - Если мы не найдем записки мага, то ключ будет бесполезен, и воля покойного в любом случае будет нарушена.
Старик не внимал голосу рассудка и продолжал упираться:
- Записи пропали? А кто за них отвечал? Разве я? Нет, отвечали эти богачки. Правильно говорят: много уважения к своему добру - мало уважения к чужому. Вот и пропердели, потеряли наследство покойного, нарушили его волю. А я не собираюсь. Пусть их семья покрыта позором, но я не хочу покрывать свою!
И так далее в том же духе. Я долго упрашивал вредного старикашку, а Шикаши, тем временем, помалкивал, погрузившись в раздумья, предоставив мне упражняться в красноречии. Хранитель ключа злился, и готов уже был послать меня куда подальше:
- Я вообще не хочу тебя слушать, я очень стар и у меня плохо со слухом!
Наконец, видя, что у меня ничего не получается, сыщик взял дело в свои руки:
- Судя по всему, Ниму убили ради записей мага, которые зашифрованы, - заметил Шикаши. - Таирии теперь ничего не грозит, так как она потеряла свою часть наследства. Открыв пакет, убийца увидит, что записи зашифрованы, и поймет, что ему нужен ключ. После этого он придет сюда, и убьет господина Сенсейма. Затем расшифрует записи, и...
Сыщик говорил очень тихо, а Сенсейм прислушивался, затаив дыхание. Он прекрасно понял последние слова. И куда только делись проблемы со слухом?
- Постойте, - Сенсейм прервал сыщика. - Я подумал... пожалуй, я пойду вам навстречу... но с одним условием.
- Что за условие?
- Барды... барды должны узнать о моем позоре. Если уж мне суждено нарушить волю покойного, я хочу понести наказание за это в полной мере. Так пусть я буду опозорен!
Судя по ауре, вредный старикашка очень испугался. Очевидно, он хотел избавиться от смертельно опасной информации и надеялся, что убийца узнает о том, что ключа у него больше нет. Болтливые барды были для этого как нельзя кстати. Если минутой раньше Сенсейм боялся опозориться, то теперь он, напротив, страстно этого позора желал. Шикаши в своем репертуаре. Вот что значит специалист по допросам!
Ключ оказался листком бумаги, на котором подробно описывался порядок расшифровки записей мага. Секретный код был изящным и надежным; я убедился, что мои впечатления были верны: без ключа никто не смог бы раскрыть шифр.
Я не мог выполнить нужные вычисления в уме, так что расшифровку пришлось отложить до возвращения домой. Я переселился, когда стал работать в сыске, и сейчас жил в той же гостинице, что и Шикаши.
Когда мне удалось расшифровать единственный фрагмент текста, который у нас был, мои волосы встали дыбом, и я без стука ворвался в номер сыщика.
- Шеф! Это... это... это просто задница, а не наследство!!
- Эйо, ты применяешь слишком мягкие ругательства для своего возраста... - съязвил он. - Расшифровал? И что там было написано?
- "До и после аркана". Представляете?!
- Эээ... не совсем. Что тебя так возбудило? Да кончай ты подскакивать, как блохастый пес, и объясни толком!
- "До и после аркана". Это надпись под схемами! А схемы изображают что?
- Ауры...
- Именно! Я думал, это ауры двух мужчин. Нет, Шикаши! Это ауры одного человека до и после применения аркана. Вы представляете, что это значит!?
- Видимо, что-то важное, если ты до сих пор так орешь, - заметил сыщик. - Но лучше бы ты говорил потише, ведь и у стен есть уши...
Он преувеличивал, у нас был амулет против подслушивания, но я все-таки понизил голос и объяснил поспокойнее:
- Поиск, любой Поиск идет по ауре. Если человек изменит свою ауру, его никто не сможет найти магическим путем. А сейчас всех крупных преступников, шпионов и так далее ищут именно так - по ауре. Если какой-то маг снов однажды увидит вашу ауру, он сможет найти вас на очень большом расстоянии всего за одну ночь. Помните, как мы поймали Невзрачного Душегуба? Я запомнил его ауру, когда он бежал. Это более-менее стандартный метод, и потому важных людей и всякие важные места охраняют маги снов. Волшебник смотрит на ауры, а если случается какое-то преступление, он может найти любого человека, который покажется подозрительным. Если даже он забудет ауру, есть черный опар, чтобы вспомнить все мельчайшие детали, необходимые для Поиска.
Наконец, до Шикаши дошло:
- Ты хочешь сказать, что этот древний маг ухитрился изменить чью-то ауру? И, если научиться применять такое волшебство к другим, тогда будет невозможно найти преступника или шпиона по ауре?
- Дело даже хуже, Шикаши. В том тексте сказано: "аркан". Заметьте: не "заклинание", а "аркан". Арканом мы называем заклинание, которое является только одним из множества, несколько арканов составляют группу заклинаний. Поскольку сейчас не существует никаких заклинаний по изменению ауры, значит предок Таирии придумал целую новую группу арканов. Я думаю, в его бумагах написано, как применить это заклинание к любому человеку.
- Похоже, найдется немало желающих, убить за это наследство, - пробормотал Шикаши.
- Да уж...

Глава 5


Одни и те же люди:
Жаждут крови преступников,
Не хотят марать руки,
И презирают палачей.
Саринган

Я забыл сказать о том, что Шикаши нанял охрану для танцовщицы.
Как только он услышал, что записки мага зашифрованы, сыщик подумал: а вдруг злоумышленники не знают, у кого находится ключ к шифру? Тогда они вполне могут решить, что и ключ тоже находился у близнецов. И тогда Таирии грозит серьезная опасность.
Чтобы не рисковать, Шикаши нанял для нее хорошего охранника за деньги из собственного гонорара. Вообще-то ей самой полагалось оплачивать такие вещи, но сыщик хотя и дорого драл за свои услуги, сам жадиной не был. Изредка случалось так, что наши затраты на расследование превышали плату клиента.
Сегодня по дороге к очередному свидетелю мы завернули домой к Таирии, чтобы отчитаться о том, как идет расследование. Но, когда взошли на порог, стало ясно, что у нас возникли проблемы.
Перед дверью Таирии коридор изгибался под прямым углом, образуя нишу. В тени этой ниши прямо напротив входа торчало два арбалетных болта! Дверь была открыта настежь.
Шикаши немедленно ворвался в комнату, но я уже чувствовал, что рядом никого нет... по крайней мере, никого живого, ни одной ауры. В доме танцовщицы нас встретил трехлинейный разряженный арбалет, закрепленный на уровне моего пупка и смотрящий в сторону двери.
- Это охранник. Он поставил ловушку для незваных гостей, - сказал Шикаши отрывисто. - Кажется, не зря.
С этими словами он коснулся темного пятна на полу. Кончик пальца окрасился алым. Сыщик охнул.
- Она еще теплая! Убийца совсем рядом! Эйо, ты можешь пойти по следу крови?
- Что я вам, собака? Могу подкрасить...
Я наколдовал простую иллюзию, и капли крови на полу ярко засветились, переливаясь всеми цветами радуги. Теперь их не нужно было подолгу высматривать, и мы бегом устремились по следу.
Цепочка пятен вихляла по узким малолюдным улочкам. В двух местах натекли целые кляксы - здесь убийца останавливался ненадолго. О том, где находится Таирия и ее охранник, можно было только догадываться. Если ловушка ранила убийцу, они могли броситься в погоню точно так же, как и мы.
Забежав за угол, я столкнулся с Шикаши, который внезапно встал, как вкопанный.
Цепочка из пятен крови обрывалась здесь. Перед нами лицом вниз лежало тело. К счастью, это была не Таирия и не ее охранник. Женщина - маленькая и хрупкая, в сером плаще. Шикаши перевернул ее. Прямо из солнечного плетения торчало оперение абралетного болта. Рана уже не кровоточила, но вокруг натекла лужа крови, которая празднично переливалась всевозможными красками, нарушая весь драматизм момента.
В пределах своего магического "зрения" я не чувствовал ауры Таирии. Что касается охранника, его ауру я не знал, так как Шикаши нанимал его без меня. Я мог бы найти танцовщицу, но для этого придется входить в транс. Сейчас у нас возникло дело чуть более срочное - свежий труп.
Очевидно, труп той самой убийцы: женщина, щуплая и жилистая. И эта одежда, такая характерная для преступных профессий, - ее серый цвет с бесформенными разводами делает силуэт человека максимально незаметным на фоне пескобетона городских кварталов.
Болт вошел глубоко. Я не лекарь, но думаю, что с такой серьезной раной она не смогла бы проползти и нескольких шагов, не то что бегать по улицам. Единственное возможное объяснение - если она находилась под действием сильного стимулятора или наркотика. Вот только стимулятор не лечит раны, и она истекла кровью прямо на бегу. Судя по ауре, она умирала.
- Зови лекаря скорее! - крикнул мне Шикаши.
Я засомневался:
- Ее же все равно казнят...
Было бы жестоко оживлять преступницу только ради того, чтобы потом предать смерти во второй раз.
- Скорее всего да, но это ключевой свидетель! Нам надо знать, кто ее нанял. Скорее!
Я послушался сыщика. Наколдовал Левитацию и рванул вверх со всей возможной скоростью. К счастью, в нашем городе легко найти лекаря, особенно, если вы умеете летать.
Набрав высоту я отыскал глазами место, свободное от крыш домов. Вот оно. Поблизости должен быть рынок, а где рынок - там и лекарь, и кузнец, и библиотека, и все остальное. Развив бешеную скорость, через полминуты я оказался над центром площади. Осмотрелся, выискивая нужный символ. Вот он: капля крови в синем кольце: маг воды, специализирующийся на лечении. Еще полминуты, и я влетаю в его заведение, что-то выкрикивая на ходу.
Для опытного лекаря такие ситуации не в новинку. Этот был достаточно опытным. Он схватил с полки какой-то чемоданчик, и выскочил за дверь, оставив свое заведение ученику. На это ушло еще полминуты. Потом я поднял нас обоих в воздух над площадью, распугав стайку крикливых птах, и устремился назад.
На все про все ушло в общей сложности три минуты. Я был страшно доволен и собой, и расторопным лекарем.
Тот склонился над женщиной. Под действием магии ее спазматически сжатые мышцы живота расслабились до состояния мягкой тряпки, и лекарь аккуратно вытянул болт. Без него рана казалась еще более глубокой и жуткой.
Еще немного магии - и кровь, лениво сочащаяся из раны, помутнела и свернулась, образуя тромб. Лекарь раскрыл свой чемоданчик и достал склянку. На боку красовалась этикетка с аккуратной цепочкой рун: "Универсальная кровь".
Пока лекарь готовился вернуть к жизни свою пациентку, я наблюдал за ее аурой. Сердце давно остановилось, дыхания не было, и лишь в мозгу едва теплились остатки жизни. Потом лекарь начал переливать кровь и заставил биться сердце. Аура стала ярче, но почти сразу померкла, затем снова обрисовалась четко, и угасла вновь, и так несколько раз, волнами. Я сказал об этом магу.
- Что-то мешает. Я было подумал, что стрела отравлена, но нет, я не чувствую яда.
- Она, похоже, находилась под действием наркотика или стимулятора, - сказал я. - С этой раной пробежала десяток кварталов.
- Вот оно что...
Колдун продолжал свою возню, впрочем, с тем же успехом. Лекарь стимулировал ее сердце, но, судьба как будто не хотела возвращать к жизни ту, кто отнимал жизни других. Лекарь что-то объяснял, но я не помню деталей. Кажется, он говорил, что стимулятор был очень мощным, магическим и полностью исчерпал все резервы организма, всю энергию, запасенную в клетках. А сейчас нужен был хотя бы крохотный природный запас, чтобы запустить жизненные процессы.
Тянулись минуты. Не знаю точно, сколько это продолжалось. Со временем периоды улучшения становились все короче и, наконец, несмотря на все усилия лекаря, убийца умерла окончательно.
А мы потеряли нить, ведущую к возможному заказчику.
Но где же наша клиентка и ее охранник? Если они преследовали убийцу, то куда подевались?
Шикаши сказал, что собирается вызвать стражу и обследовать труп, а мне предстояло искать Таирию.

- Что сегодня привело ко мне молодого мастера? - спросил Черный Крыс.
Иногда трудно было понять, льстит он или насмехается. До звания мастера мне было так же далеко, как червяку-падальщику до верхушки Башни Ветра, и он это прекрасно знал.
- Нужен свежий черный опар, - ответил я. - Для себя.
Черный Крыс достал баночку с полки и поинтересовался:
- Собираешься искать очередного бандита?
- Ты не поверишь: клиентку!
Крыс захихикал. Ситуация в самом деле была на грани абсурда.
- Деньги с клиентов надо брать вперед, чтобы потом они за тобой бегали, - назидательно резюмировал он. - Если хочешь, можешь забить косячок у меня на складе. Не думаю, что ты сопрешь там что-нибудь, я тебе доверяю.
Я в самом деле торопился, так что воспользовался его предложением. Нужна была тихая, темная комната, и склад товаров Черного Крыса походил как нельзя лучше. Насчет "забивания косячка" он пошутил, но не совсем. В предстоящем колдовстве мне придется нюхать дым черного опара. Эта дрянь - наркотик, так что к опару полагается еще и противоядие (которое у меня уже было).
Войдя в транс, я раскрутил в астрале Тройную Спираль, предполагая очень быстро отыскать Таирию. Линии спирали развернулись, я вызвал резонанс, и они дрогнули, как бывает всегда при соприкосновении с мишенью.
Но дальше произошло что-то непонятное. Вместо того, чтобы образовать кокон вокруг цели поиска, линии стали растягиваться и запутываться, образуя широкую полосу с ответвлениями и завитками. Чертовщина какая-то: может быть я что-то напутал? Перекрыв поток энергии, я попробовал начать все заново. С тем же результатом. Что же делать?
Где-то у меня было другое плетение. То же заклинание Поиска, но предыдущая версия, похуже. Когда-то я сделал ее и пожалел выбрасывать. Я направил поток маны в старое плетение. Снова раскрылись линии Тройной Спирали, послабее и пореже. Снова я ввел их в резонанс. На этот раз астральная картина напоминала связку хвороста, растянувшуюся на много верст вдоль восточных кварталов. Пойди пойми, где там может быть Таирия.
Плюнув на это безнадежное дело, я плавно вышел из транса, встал, и, щурясь от дневного света, вышел со склада.
Черный Крыс обслуживал какого-то огненного мага. Не знаю, кто это, всех не упомнишь. Зевая от переутомления, я опустился на диванчик для клиентов. Вскоре покупатель ушел. Крыс поинтересовался:
- Ну что, нашел свою девчонку?
- Она не моя девчонка, она клиентка... нет, не нашел.
Крыс округлил глаза:
- Неужто грохнули?
Заклинание Поиска считается очень надежным. Если мишень не найдена, значит она либо мертва, либо в глубокой коме, либо где-то очень далеко. Я рассказал Крысу о том, что видел в Астрале. Он был магом земли, а не снов, но жизненный опыт да постоянное общение с клиентами много значат. Задумчиво почесав подбородок, он выдал:
- Не уверен на все сто... но, кажется, я слышал что-то насчет сбоев Поиска от... (тут он назвал имя, которое мне ни о чем не говорило). Покупатель пришел ко мне и заказал одну редкую книгу. Он говорил, дескать, это исчерпывающее руководство по всем видам Поиска от самого Сарингана. У меня этой книги не было, и я заказал ее специально в другом городе. Но тот маг, наверное, как-то иначе разрешил свои проблемы, и не стал выкупать у меня свой заказ. С тех пор этот фолиант у меня так и пылится. Мне не хочется продавать дешево раритет, который обошелся мне в кругленькую сумму, а покупатели предпочитают что-нибудь поновее. Возможно, ты найдешь в ней ответы на свои вопросы... я сделаю тебе скидку... по дружбе.
Я с сомнением всмотрелся в ауру Крыса - не пытается ли он подсунуть мне барахло. В ауре невозможно было ничего не разобрать, я чувствовал противодействие амулета. Заметив мои сомнения, Крыс демонстративно снял с себя браслет, который оказался тем самым амулетом, не позволяющим распознать ложь. Теперь его чувства открылись для меня, и я убедился, что он говорит правду. Цену Крыс заломил серьезную даже по меркам магов, но, полистав фолиант, я понял, что книга того стоит. Все предыдущие покупатели, наверное, даже не заглядывали в нее, посчитав цену несуразной. А книжка была хороша. Прочитав пару страниц наугад, я восхитился детальному, внятному изложению и удобной систематизации материала. Чувствовалось, что автор хотел быть понятным и полезным читателю. Мало, что доставляет большее удовольствие, чем книга, добросовестно написанная не только для себя, но и для других. Пожалуй, эта монография займет в моей библиотеке почетное место. В общем, книжку я купил, и тут же сел читать.
Так... интересно... что у нас тут...
Саринган - очень известный маг снов, живший... довольно давно. В свое время прославился исследованиями астрала. В основном занимался аурами, Телепатией и Поиском, в чем достиг больших успехов.
Потом он попытался разрешить давнюю проблему: изобрести заклинание для безвредного, но принудительного чтения мыслей. Вообще-то возможно либо то, либо другое. Мысли человека можно прочитать без вреда для его здоровья, но только, если он сам согласен и не боится этого процесса. Если же человек отказывается, тогда приходится применять особые снадобья, чтобы сломить сопротивление. Эти снадобья ядовиты и необратимо разрушают мозг. Чем сильнее сопротивляется жертва, тем дольше длится допрос и тем фатальнее его последствия.
Но иногда такое жестокое обращение считается оправданным. Например, когда поймают матерого убийцу, и он не хочет рассказывать, где его сообщники. Тогда выбор невелик: всякое промедление в поимке беспощадных преступников может стоить кому-то жизни. Лучше уж пожертвовать рассудком убийцы, коль скоро он все равно осужден на смертную казнь. Но это жестоко, и маги издавна мечтают найти безвредный вариант заклинания.
Саринган долго пытался решить эту проблему, но у него так ничего и не получилось. В результате он разочаровался в магии и занялся математикой и философией, где со временем достиг не меньшего признания, чем в колдовстве.
Эта книжка была очень подробная, пожалуй, слишком подробная для большинства покупателей, настоящий склад всевозможного теоретического и фактического "барахла". Но я такие как раз люблю.
Заклинанию "Поиск" была посвящена значительная часть толстого фолианта. Довольно быстро я нашел и Тройную Спираль. Вариант Сарингана был слегка устаревший, но кое в чем лучше современных. Я нашел парочку изобретений, которые почему-то не вошли в современные учебники. Надо будет потом усовершенствовать свое собственное плетение...
Вскоре я обнаружил и то, что искал. Упоминание о случаях, когда Поиск срывается. Первое: когда цель слишком далеко. Ну это очевидно. Второе: когда ищущий маг слишком слаб. Это не про меня. Третье: когда цель мертва. Очевидно. Четвертое: если у нее изменилась аура. Да, но это чисто теоретическая возможность, так как никто не умеет менять ауру настолько сильно. Возможно, наследство предка Таирии как раз позволяет это сделать, но ведь его пока никто не прочитал! Еще вариант: цель в коме. Это я тоже знаю. В трансе. Об этом я тоже слышал. О, а вот здесь что-то новое: если цель мертвецки пьяна. Хм. Интересно, не знал. Выходит, запойного пьяницу найти сложнее? А вот еще. Если цель под действием некоторых сильных наркотиков... следует перечисление. Однако, это все мало отличается от состояния комы. Во всех этих случаях раскинутая спираль Поиска просто не реагирует. А у меня реакция есть, но слишком обширная, так что точное местонахождение Таирии установить не удается.
Перевернув страницу, я невольно воскликнул "ага!". Там было изображено именно то, что я видел в астрале. Ветвистая структура, завитки. С нетерпением я начал читать...
"Как говорилось выше, Астральный Резонанс вызывает свертывание линий поиска вокруг веретена 7-й и 17-й линий короны верхнего левого церебрального сфероида ауры..." - так, это все элементарно, то же самое пишут во всех учебниках, а вот интереснее: ": свертывание происходит из-за перехлеста кратных линий по тороидальному контуру, в случае, если есть одно решение системы уравнений. Но если их два и более, то возникает так называемый "эффект волосяного колтуна". Дальше шли хитрые расчеты, в которых маг доказывал, что в астрале обязательно возникнут такие изображения, как на картинках.
Так... два решения? Это как? Две одинаковых ауры? Но ведь каждая аура уникальна! Погоди-ка... У него должно быть написано про это в другой части книги... ага, вот.
"Одинаковые ауры бывают у генетически идентичных насекомых, например, у муравьев одного поколения. У людей такое явление наблюдается только у зародышей однояйцевых близнецов в первые недели пренатального периода". У близнецов? Хм. А потом что? "Позднее из-за самых незначительных различий сенсорного опыта у близнецов наблюдается столь же небольшая дифференциация аур".
Дальше шли схемы и примеры, из которых следовал очевидный вывод: у двух близнецов ауры могут быть достаточно похожи, чтобы Поиск реагировал на обоих одновременно. В результате заклинание дает сбой, линии запутываются.
У Таирии как раз есть сестра-близнец - Нима. Вернее, была, так как ее убили. Или все-таки есть? Ведь на кого-то среагировал мой Поиск?
Но... я ведь видел своими глазами труп Нимы...

Глава 6


Как хаотичен полет этого мотылька!
Но нечто порхает еще более непредсказуемо.
Это мысли женщины.
Саринган

Вот и Шикаши не скрывал своего недоверия:
- Она была мертва, как камень! Что я по-твоему трупов не видел?
- Но... по книге Сарингана...
- Да кто такой твой Саринган?
- Как, ты не знаешь!? Маг снов, очень известный. Из Лонганской Цитадели.
- Вот! Он даже не Столичный. Что могут эти провинциалы?
Я немного ошалел. Разве непонятно, что смешивать магию с патриотизмом - это как считать, что наша вода мокрее чужой? Я был так удивлен, что даже слов не нашел, чтобы возразить. Оставив эту тему до лучших времен, я поинтересовался, что дал осмотр трупа убийцы.
- Много чего... и, в то же время, ничего.
- Это нелогично.
- Без тебя знаю, - огрызнулся Шикаши. - Много чего бесполезного, но ничего важного. Я теперь знаю тело этой стервы лучше, чем любой из мужиков, которые могли у нее быть. Но все без толку. Я по-прежнему в неведении, кто она такая и откуда взялась. Ни одной полезной ниточки, за которую можно зацепиться и потянуть. Одно слово: профессионалка.
Шикаши пересказал мне подробности. Убийца была совершенно здорова - само собой, пока еще была жива. На теле никаких следов лечения или операций. Все зубы на месте. Физически сильна, но с поправкой на скромный рост и вес. Есть несколько шрамов. Значит, в "бизнесе" достаточно давно. Цвет кожи, волос, глаз, форма век и пальцев - все достаточно обычно. Покойница принадлежала к одной из самых распространенных рас - к меранскому типу (как и я). Одежда, белье - самые обычные. Татуировок, вышивок, росписи нет. При себе имела два кинжала вроде того, которым убили Ниму, крохотный карманный арбалет, проволочную удавку, духовую трубку и несколько тонких оперенных игл, вероятно, отравленных. Кровь и оружие Шикаши отправил на анализ знакомому магу воды. Может, обнаружит что-нибудь полезное.
Когда мы прибыли в гостиницу, нас уже ждали две записки.
Первая была написана знакомым изящным почерком:
"Убийца моей сестры понесла заслуженное нказание ваши услуги оплачены и больше не требуются, но спасибо".
Хм. Нам дали расчет? Странно. Наказана только непосредственная исполнительница. А что, Таирии неинтересно знать, кто "заказал" ее сестру?
- Она торопилась... - заметил Шикаши. - Во-первых, ошибки при письме, во-вторых, нажим слабый, и даже забыла подписаться. Очень торопилась.
- Но это она? Это не подделка?
- Полагаю, что да, это ее рука. Меня можно обмануть, если очень тщательно воспроизвести почерк, но для такой подделки нужно много времени.
Гарго (это хозяин гостиницы, где мы жили) сказал, что записку принесли примерно в то время, когда я улетал в Цитадель. Значит, все-таки Таирия. Но какую игру затеяла эта женщина?
Мне пришло в голову, что я теперь могу ее больше не увидеть, и мне отчего-то стало очень грустно.
Вторая записка тоже несла на себе следы спешки:
"Веду руку, жду стопа. Ратроп".
Ратроп - это имя охранника, которого мы наняли для клиентки. Остальной текст - жаргон стражи. "Рукой" называют заказчика преступления. Это известная парадигма: заказчик - рука, которая разит мечом, а меч - это наемник, непосредственный исполнитель. "Веду" значит "слежу", то есть, он идет за предполагаемым заказчиком убийства. "Жду стопа" означает, что сейчас объект слежки куда-то двигается, и Ратроп ждет, когда тот остановится где-нибудь надолго.
- Вероятно, Таирия с ним, - сказал Шикаши.
- Это же опасно, ее могут убить! Почему охранник не отошлет ее?! - возмутился я.
- Мой опыт показывает, что в таких ситуациях от клиентов можно избавиться только грубой силой, - проворчал Шикаши с явным раздражением. - Они непременно хотят поучаствовать в правосудии, но на деле только отягощают профессионалов.
- Она мне показалась рассудительной девушкой...
- Рассудительные женщины бывают только в сказках, - отрезал сыщик.
Я был не согласен, и привел хороший аргумент:
- А как же убийца? Вы же сами сказали, что она профессионалка - хладнокровная и осторожная...
Вернее, мне казалось, что это хороший аргумент...
- Ну и что? Где ты тут увидел рассудительность? Женщина призвана давать жизнь, а не отнимать ее. А эта выбрала самую худшую из профессий и сдохла, как бешеная собака в лисьем капкане. Единственным человеком, который пожалел о ее смерти, был я - да и то, потому, что не успел допросить.
Внутреннее чувство несогласия меня не покидало. Я пытался найти другие примеры, но в голову как на подбор приходили имена всяких авантюристок. Я мог бы упомянуть свою двоюродную сестру, но тогда Шикаши ответил бы другой пословицей: что настоящую дружбу на согласие не разменивают, и был бы конечно прав.
- И что же нам теперь делать?
- Я надеялся на тебя... ты говорил, что маг снов может найти любую цель в пределах Столицы, - съязвил Шикаши.
Я не остался в долгу:
- А вы, говорят, очень знаменитый сыщик, который много лет прекрасно обходился без мага.
Общество Шикаши на меня влияло забавно: раньше я сразу терялся в подобных перепалках, но со временем научился не лезть за словом в карман. Шикаши постоянно надо мной подшучивал, я пересказываю здесь лишь малую толику его замечаний, подчас довольно ядовитых. Приходилось как-то учиться давать отпор, и, конечно, во многом я подражал учителю.
- Обходился, но с магом получается быстрее. Думаешь, зачем я тебя нанял? Неужели для того, чтобы выслушивать, как у тебя ничего не получается из-за какого-то чужака... этого... Серингана?
- Сарингана... - поправил я.
У Шикаши прекрасная память, наверняка он нарочно исковеркал имя великого ученого.
- Ах, да. А теперь ты мне говоришь, что труп воскрес, - ворчал он... и внезапно сделал неожиданный вывод: - Что ж, пошли проверим.
Мы отправились в казармы, где давеча осматривали труп жертвы. Но там нас ждало разочарование: Ниму уже похоронили.
- Пришло распоряжение от ее сестры ускорить дело и пропустить похоронные ритуалы, - сказал генерал.
Шикаши потребовал показать ему это распоряжение, и получил листок пергамента. Снова почерк Таирии. Вроде бы все чисто: письмо, заверенное у генерала, пришло сегодня срочной почтой. Время отправки - около часа назад. Мы опоздали лишь чуть-чуть. Теперь от трупа ничего не осталось, и мы не сможем сказать, было это тело Нимы, или нет.
- А в принципе можно создать такую иллюзию? - спросил Шикаши. - Чтобы был чей-то чужой труп, но выглядел в точности как труп Нимы?
Я возмутился:
- Ну что я по-вашему иллюзию не распознаю?!
- Так... - строго заметил сыщик. - Ты сомневался, что я не смогу отличить труп от живого, я сомневаюсь насчет иллюзий. Предлагаю завязывать с самолюбием и начинать думать.
Кто бы говорил о самолюбии... сам еще тот хвастунишка.
- Ну, в принципе... я мог бы создать такую иллюзию, - признал я. - Но я бы ее распознал.
- А более сильный маг?
- Сильнее меня?
- А что, ты у нас самый-самый крутой, круче только горы Схарма?
Вообще-то в глубине души я себя считал самым крутым - хотя только в одной области, по части иллюзий. Однако вслух я этого никогда не высказывал:
- Ну... нет, - смущенно ответил я. - Но настолько сильные маги - это птицы не того полета, чтобы возиться с трупами танцовщиц.
- Возможно, дело вовсе не в танцовщице, а в ее наследстве. Ты говорил, оно может быть очень ценным. Как думаешь, это достаточно высокий полет для крупной магической птицы?
- Пожалуй, да, - вынужден был согласиться я. - Но я все равно бы заметил.
- Погоди-ка, я помню, как тебя однажды обманула одна девчонка, использовав твой же амулет. И еще припоминаю случай... и еще... Слушай, не выдумывай: пускай ты специалист по иллюзиям, но ты сам также поддаешься им, как и остальные, тебя вполне можно обмануть!
- Фактор времени и внимания, Шикаши. - возразил я. - Меня можно обмануть, если я невнимателен, или спешу. А мы с вами находились в морге очень долго - достаточно долго, чтобы распознать любую иллюзию, кто бы ее ни сделал. И вы правы насчет трупа...
- В смысле?
- Она точно была мертва. Если бы это был, скажем, летаргический сон, я бы заметил ауру, хотя бы слабую.
- Вот видишь!
- К тому же в морге есть некронист. Уж он то заметил бы неладное.
- Все-таки не будем сбрасывать со счетов версию насчет иллюзии. Согласись, ты можешь быть просто не в курсе насчет некоторых уловок. Вот например, та уловка с близнецами, о которой ты прочитал в книжке Серингана...
- Сарингана!
- Ах, прошу прощения! Ты же не знал про нее?
- Про уловку? Не знал.
- Так может быть и тут был применен какой-нибудь фокус с иллюзиями, которого ты не знаешь?
- Шикаши... я все-таки маг первой ступени и специализируюсь как раз по иллюзиям. А магия снов - там я начинающий... пока что.
- А лучше бы наоборот, для сыщика стихия снов важнее. Ну все-таки? Даже такой спец по иллюзиям, как ты, мог не знать чего-то особенного, верно?
Мне крайне не хотелось признавать это, я аж вспотел от досады. Едва нашел в себе силы кивнуть.
- Хорошо. Давай пока рассмотрим эту версию. Я глядел, и проглядел, ты смотрел - и просмотрел. Но в казармах есть еще некронист. Он и осматривает покойников, и делает экспертизу, и готовит к погребению, и хоронит... он должен был много раз касаться трупа. А мне всегда казалось, что иллюзии магов света - это всего лишь обман зрения, но на ощупь иллюзия не сработает?
- Да, точно. Если кто-то и сделал такую иллюзию, ему понадобился бы человек с фигурой, как у Нимы и похожим лицом, чтобы усилить уже существующее внешнее сходство... а хотя... нет, Шикаши.
- Что?
- Я подумал: труп ведь был зеленоватого цвета из-за состава, препятствующего разложению.
- И что?
- Если бы там была иллюзия, кожа трупа так и осталась бы голубоватой, как у Таирии. Некронист сразу бы заметил неладное.
- Ясно. Значит, отпадает. Но я бы для окончательной уверенности задал пару вопросов некронисту - а вдруг он в сговоре.
Вдруг меня осенила гениальная мысль:
- Шикаши! Тройняшки!
Тот, однако, не воспарил к небесам от счастья, и ответил скучным голосом:
- Я думал об этом. Таирия составляла для нас список всех родственников, долго рассказывала, как они были близки с Нимой, и "случайно" забыла про третью сестру, а ты не заметил лжи?
- Ну... это была бы не ложь, а желание умолчать. Это не эмоция, а волевое усилие, его по ауре не распознаешь.
- Хорошо, спросим у ее матери. Но я бы на твоем месте не надеялся.
Кстати, интуиция сыщика не подвела. Позднее мать Таирии подтвердила, что никакой третьей сестры нет и быть не может.
Зато некронист куда-то пропал. Внезапно сказался больным, а, когда мы нагрянули к нему домой, там никого не обнаружилось.
Мы еще больше уверились в мысли, что он должен быть замешан, когда опрос соседей показал: сегодня днем некронист вместе со всей своей семьей собрал вещи и отбыл в неизвестном направлении.
Дело шло к вечеру, но ни Таирия, ни Ратроп больше не давали о себе знать. Мы начинали беспокоиться, не случилось ли с ними чего-нибудь...

Глава 7


Хочешь обмануть глаза - нарисуй картину.
Хочешь обмануть разум - скажи правду.
Саринган

Была уже глубокая ночь, но мне не спалось. Мысли одолевали.
Таирия дала нам расчет. Формально, мы больше не обязаны заниматься ее делом. Но эта девушка запала мне в душу. Мне так хотелось узнать, что произошло и в какую игру она пытается играть. А тут еще эти поспешные похороны... как будто она не хотела, чтобы мы что-то узнали. А куда делся некронист? Как он во всем этом замешан?
Шикаши даже не заговаривал о том, чтобы закрыть дело. По закону мы больше не могли вести расследование от имени Таирии, однако Шикаши мог действовать от своего собственного. Конечно, за результаты нам никто не заплатит. Но знаменитый сыщик - не тот человек, который бросает дело незаконченным. Мое самолюбие по сравнению с его самолюбием - это как собачья конура по сравнению с домом.
Мои мысли вернулись к нашей клиентке. Вернее, бывшей клиентке. Одно лишь воспоминание о ней волновало мое мужское естество. Как странно: с одной стороны я питал к ней самые теплые чувства, мое сердце было однозначно на ее стороне... но с другой стороны зарождавшаяся в неопытном сыщике интуиция чуяла неладное, а разум ей вторил.
Я вспоминал, как все было. Введя себя в легкий транс, я вызвал ярко и четко образы того дня, когда мы встретились в первый раз. Как она говорила. Что она говорила... "Шалика нашла тело "... "Стражник сказал, что ее убили"... "Я была в ужасе от происшедшего"...
А ведь она ни разу не заявила прямо и недвусмысленно, что ее сестра убита или мертва. Шалика нашла тело... но живое? Стражник сказал, что ее убили... но ошибся? "Я была в ужасе от происшедшего"... от чего?! От убийства... или от страха, что стражники могли что-то заподозрить?! Я бы почувствовал ложь в ее словах, но ведь она так ни разу и не сказала, что ее сестра мертва. Помню, как Шикаши спрашивал ее, а она отвечала: "Я знаю, кто мог убить мою сестру" Мог убить? Именно! Мог, но не убил?
Хотя нет, один раз она сказала именно так: "убита". Но было это в записке, а бумага не имеет ауры, по которой можно распознать ложь.
Она определенно была сильно расстроена. Но чем? Тем, что потеряла сестру? Или тем, что пропало наследство? Но с чего бы ей расстраиваться по поводу какого-то старого барахла? Ведь это только мы с Шикаши знаем, насколько записи ее предка могут быть ценны. Или она тоже знала? А ведь мы ее спрашивали... И что она ответила?
"Я мало, что понимаю в магии" - это ведь не ответ на вопрос, знает ли она, что в пакете. "Пакет остался мне от бабушки. Она говорила о нем что-то, но я уже не помню, что именно. То ли какое-то заклинание, то ли какие-то расчеты" - эти слова объясняют, что именно она узнала о наследстве от бабушки. А что, если она узнала о нем гораздо больше, но от кого-то другого? Тогда ее ответы были правдой... но не всей правдой, которую мы хотели услышать.
Неужели она нас провела? Но как? Зачем? Интересно, где она сейчас?
Мне захотелось снова поискать ее. Но я уже согрелся под одеялом, и вставать было откровенно лень, а потом еще готовить снадобья, разжигать опар... и я решил войти в транс без применения зелий. Таким способом я не "накрыл" бы весь город волшебством поиска, но если она находится где-то не слишком далеко, этого могло хватить.
Закрыв глаза, я сосредоточился. Говорят, крутые маги могут входить в глубокий транс даже без химикалий, а я считал себя крутым... но до того раза у меня ничего не получалось.
Я попытался отрешиться от своих чувств. Для начала надо "отключить" зрение. Зажмуриться проще всего, но потом надо избавиться от фосфенов - этих цветных пятен, которые мелькают перед закрытыми глазами в темноте. Постепенно получилось. Теперь астрал стал чище, яснее, обычное зрение уже не мешало и не вносило помехи. Кристальные, ясные контуры... ага, это Шикаши - бесстрастный, логичный и быстрый ум выглядит в астрале именно так. Дальше: какая-то женщина. Кажется, это наша соседка - почтенная матрона.
Я слышал свое дыхание, скрип мебели где-то вдалеке, какие-то шорохи. На все это накладывались "звуки" астрала, которые не были настоящими звуками, просто так маг воспринимает некоторые эффекты. Я попытался отключить свой обычный слух, чтобы яснее слышать астрал. Его волшебный мир еще немного раздвинулся... и я вздрогнул.
Неимоверным усилием воли я заставил себя сосредоточиться на трансе, заставляя себя отрешиться от стука сердца и услышать кое-что другое. Призрачную иллюзию звука, возникающую от контакта с астралом. Нечто особенное, то, что ни с чем другим не спутаешь. Это звук решительной ненависти, который распространяют ауры людей, готовых убивать или калечить.
Где-то недалеко, возможно, около дома или в соседнем переулке. Я не мог сейчас сказать точнее. Геометрия астрала не такая, как у зримого мира, и строго совместить их невозможно. Но, судя по тому, что звук постепенно нарастал, эти люди приближались.
Я отделил их ауры от всего остального и рассмотрел внимательнее. Ох! Там маги! Двое воздушных, один маг света... еще трое, стихии которых я не способен был определить, только видел по строению ауры, что это волшебники. Должно быть, огненные или земные. С ними еще простые бойцы... много, я сбился со счета, пытаясь разобраться в переплетении близко расположенных аур - больше десятка, это точно.
Выйдя из транса так быстро, как только смог, я побежал будить Шикаши. К тому времени мы с ним понимали друг друга уже с полуслова, так что разговор получился коротким:
- Шикаши, вставайте! Банда... близко... чую, идут на дело... сюда.
Тот уже вскочил, выхватил свои боевые серпы из ящика и снял арбалет со стенки. На мой испуганно-вопросительный взгляд, спрашивающий: "по наши души?" мой напарник ответил неопределенным жестом: "кто его знает" и шепотом спросил:
- Сколько?
- Два ветряка, один светляк, еще трое магов не знаю, каких, и больше десятка воинов.
- Сонь, значит, нет, - удовлетворенно заметил Шикаши. Сони - это маги снов на жаргоне, ветряки - маги воздуха, а светляки, как нетрудно догадаться, маги света. - Где?
- Примерно один квартал от нас, идут медленно.
- Глаза? - Шикаши ткнул пальцем в сторону окна.
Я сосредоточился, сканируя астрал в том направлении. Дремлющие люди там и тут, вот еще один не спит и, кажется, болеет. Но за домом никто не следит.
- Пусто.
- План "свечка".
Было нескольких случаев, когда мы попадали в разные нелепые ситуации из-за несогласованности действий. И тогда Шикаши настоял на том, чтобы мы выработали свой тайный язык слов и жестов, и заставил меня изучить его до автоматизма. Он говорил, что в минуты опасности мы должны действовать как единое целое, не тратя время на объяснения.
Потом он пытался научить меня боевым искусствам. Признаюсь, толку от этого было мало. У меня получалась всякая акробатика, но вот борьба, удары и фехтование не давались. Сыщик ругался, говорил, что мне надо было идти в цирк, а не в розыск. В конце концов Шикаши отказался от идеи сделать из мага воина и сосредоточился на отработке совместных действий, гоняя меня и в хвост, и в гриву. При этом он и себе поблажек не давал. Ведь раньше он всегда действовал в одиночку, ему тоже надо было учиться работать в команде.
Сейчас тренировки экономили нам драгоценные секунды. Мы действовали слаженно и синхронно. Пока Шикаши тихо открывал окно, я уже наложил на нас обоих невидимость. Не оборачиваясь, он прыгнул вниз, но через мгновение его (и меня) подхватил ветер Левитации, увлекая вверх. Пролетая мимо окна, он прикрыл створки, а потом мы свечой ускорились в зенит.
Мы остановились на большой высоте, навострив уши и вглядываясь во тьму. Улицы внизу были освещены фонарями, но с одной стороны они гасли - один за другим. При слабом свете ночного неба там шевелились какие-то тени.
- Эти ребята явно не стража, - сказал Шикаши, имея в виду, что страже нет никакого смысла настолько тщательно скрывать свое передвижение по городу. - Как ты их почуял?
- Случайно. Хотел нашу клиентку еще разок поискать. И тут наткнулся на скопление аур... все такие бодренькие и сердитые... Нет, люди часто злятся, иногда по пустякам. Днем где-нибудь на улице легко услышать астральный звук ненависти то там, то сям. Но когда ночью... когда все спят... да еще плотная группа... и все как один - злющие-презлющие...
- Это значит, что кого-то хотят убить, - закончил мою мысль Шикаши.
Какая-то банда заговорщиков. Очень странно, что среди них столько магов. Колдуны никогда не выделялись особой законопослушностью, но они такие индивидуалисты, а тут сразу пятеро. Значит, их мишень имеет хорошую охрану, либо... сама является магом.
Магом?! Все-таки по наши души... Тем более, что цепочка погасших фонарей вела прямиком к нашей гостинице.
Я коротко пересказал Шикаши свои мысли насчет допроса Таирии - о том, что она могла ввести нас в заблуждение. Оказалось, сыщик давно это понял, и рассматривал, как вариант. Шикаши разбирался в этой теме достаточно, чтобы прийти к тем же выводам, что и я.
- Мне показалось, ты неровно дышишь к ней, и не воспримешь мои подозрения всерьез, - пояснил он свое молчание.
Я вынужден был признать, что действительно мне до сих пор не хотелось в это верить...
- А ты не торопись, - вдруг сказал он. - Она могла и правду говорить. У нас пока лишь подозрения и возможность обмана. Не путай вероятность и уверенность.
- А интуиция что вам говорит?
- Интуиция говорит мне, что нас... - и он закончил фразу ругательством. А потом признался: - Но интуиция меня иногда подводит. Так что все равно не торопись.
Вдоль улицы продолжали гаснуть фонари. Эта дорога вела прямо к нашей гостинице. Осталось еще четыре светильника...
- Знаешь что... - вдруг сказал Шикаши.
- Что?
- Вызывай-ка ты карателей.
- !?!?
- Не медли. Я тут подумал: если эта братия настроена жестко, то пострадать могут посторонние люди - хозяин гостиницы, наши соседи... Ну же!
Мне очень не хотелось этого делать. Каратели Цитадели - это... по-настоящему страшно. Если они сочтут, что вызов был необоснован, нам хана. Они служат только Цитадели в целом, но ни одному магу в отдельности, и полностью игнорируют интересы прочих каст. Они справедливы, но настолько, что справедливость эта пугает, поскольку полностью лишена сострадания, послабления, прощения, жалости.
- Но... может быть мы...
- Ты справишься с шестеркой магов?
- Нет, конечно!
- Ты думаешь, я справлюсь с десятком наемников?
- Ну... вы классно деретесь, но...
- Вот именно, что "но". Зови карателей!
Я заставил себя вспомнить ауру одного из них - "контактера", то есть того, с кем полагалось выходить на телепатический контакт. Сориентировался и направил импульс к центру города, кодируя в нем слова послания:
"Зов карателям Цитадели. Зовет Эйо Икен. Зарегистрирован в Цитадели Столицы, на факультете света, как маг первой ступени стихии света, третьей ступени стихии снов, третьей ступени стихии воздуха.
Наблюдаю группу из шести магов и более десяти наемников, сильная агрессия в аурах, скрытно направляются к..."

Глава 8


Там, где людям дают полную свободу,
Жить можно,
Но трудно выжить.
Там, где свободы нет,
Жить можно тоже
И выжить подчас нетрудно,
Но разве это жизнь?
Саринган

Только когда я открыл глаза, я понял, что какая-то часть реальности прошла мимо меня. Над головой нависал грязный потолок, вокруг - стены еще грязнее, а на полу валялся лишь кусок тряпки, на котором я и лежал. Окон не было, только светящийся шарик висел где-то под потолком, разгоняя темноту до состояния полумрака.
Я испытывал странные ощущения - непривычные но, в то же время, напоминающие нечто знакомое. Следующей мыслью было осознание, что я не вижу собственную ауру. А еще во мне нет ни капли маны. Попытавшись вобрать в себя немного энергии, рассеянной в воздухе, я увидел, как она ускользает от меня и медленно рассеивается в астрале.
Меня кольнула неприятная догадка: значит, я пьян?
Это может звучать забавно, но только не для мага. Даже небольшая доза алкоголя заметно ослабляет магические способности, а если волшебника хорошенько напоить, он становится совсем беспомощным, покуда не протрезвеет. Но ведь никому не хочется становиться слабаком, верно? По этой причине маги не употребляют даже самых слабых алкогольных напитков и многие из них не знают, каково это - быть пьяным. При этом аскетом быть необязательно. Есть много других видов дурмана. Нынешнее состояние напомнило мне эффект от норадреналинового стабилизированного коктейля.
Меня сделали беспомощным. Обычно именно так с магами и поступают, когда хотят, чтобы они не оказывали сопротивления.
Поначалу я решил, что нарушил какое-то правило, и каратели Цитадели отправили меня в свои казематы. Но потом сквозь дурман опьянения до меня дошло, что я так и не успел закончить свое телепатическое послание. Наверное, я потерял сознание... вернее, меня кто-то вырубил. Хотел бы я знать, кто и как.
Плохо дело. Карателей все боятся, но лучше бы это были каратели. Что там полагается за ложный вызов? Неделя в подобной камере или что-нибудь в этом роде. Крайне неприятно, но не смертельно. Если же я попал в руки к бандитам, то они могут сделать со мной все, что угодно. Может быть, отпустят в конце концов? Не будь дураком, Икен, - возразил я сам себе. - Зачем им свидетели?
Мысли путались. Пьют вовсе не для того, чтобы скорее протрезветь. Парадоксально, но мне сейчас хотелось именно этого. У магов снов есть много всяких медитативных техник для достижения трансовых состояний. Ни одна из них не поможет вывести алкоголь из крови, но, быть может, ослабит его действие на разум? Я стал пробовать все подряд...

Дверь открылась внезапно и шумно. Вошел человек. Черная бородка и франтоватые усики придавали ему лощеный вид, идеально отглаженная золотисто-желтая куртка элегантного покроя и чистые светлые перчатки контрастировали с мрачным и грязным казематом. Я почему-то сразу решил, что это маг, хотя повязки на нем не было.
Гость начал "разговор" с мордобития. Рука у него оказалась не слишком тяжелой: губы в кровь он мне разбил, но в голове даже не загудело. Я не ответил, посчитав сопротивление безнадежным. Если это колдун, то у него есть магия, которой нет у меня. А если это воин, то драться на уровне воинов я так и не научился.
То ли моя покорность возымела действие, то ли он с самого начала не собирался меня долго мордовать. Дав еще разок в ухо для порядка, мой мучитель закончил упражнения по садизму и соизволил открыть рот:
- Сейчас ты мне все расскажешь. Всю правду. А не то...
Знал бы он, как я воспарил от счастья, услышав эту его угрозу! У них нет мага снов! Иначе допрос с пристрастием был бы не нужен. Принудительное Чтение Мыслей - и прощай молодой маг-сыщик Эйо Икен - здравствуй молодой идиот-инвалид. После Чтения Мыслей мозги сворачиваются набекрень, зато вся нужная информация выкачивается с гарантией.
Итак, мага снов у них нет. И неудивительно: маги снов очень, очень редки. Еще меньше среди них желающих рискнуть своей драгоценной шкурой. Ладно, я тоже маг снов, но участвую в рискованных, хотя и законных делах. Только это все по молодости, по бедности да по глупости... в общем, я как раз тот самый редкий случай. Других таких дураков пойди поищи. Вот и эти, похоже,.. не нашли.
- Расскажу, н-наверное.
Я говорил нарочито невнятно. На самом деле мне удалось добиться некоторой ясности в голове, но физически я все еще был порядком пьян, и даже язык заплетался. Я постарался имитировать еще большую степень опьянения.
- А в-в-вы кто?
Человек подошел ко мне и принюхался. Кажется, он остался доволен.
- А ты слабоват оказался. Эк тебя развезло то... дозу тебе отмерили по большому росту, а надо было по маленькому весу. Доходяга!
"Сам ты доходяга" - мысленно обиделся я. Ну да, я тощий и длинный, ну и что!? В моем возрасте многие парни нескладные и худые.
- Можешь меня звать Искателем. Все мы - искатели, так как каждый ищет что-нибудь, - сказал человек.
- А в-в-вы что и-ищ-щте?
- А я ищу то же, что и ты: наследство Сарингана.
- Сарингана!?
Этот возглас у меня вырвался невольно и громко. Сарингана!? Не может быть! Неужели... неужели предок Таирии, тот самый древний маг снов - это и есть Саринган?! Вот тебе на!
Да... неслабо мы вляпались! Само по себе заклинание изменения ауры - очень лакомый кусок для бандитов. Но если автором аркана был сам великий Саринган, тогда... это значит... это значит, что заклинание, скорее всего, реально существует и выполнено на самом высшем уровне, как все, за что брался этот гений. Ценность такого знания трудно себе даже представить!
- А ты что, не знал? - спросил Искатель с явным подозрением.
- Нет... мы не спрашивали его имя...
Искатель снова залепил мне в ухо. Я начал привыкать к такому обращению. Что-то слабовато он бьет. Ну точно маг. Пожалуй, я могу треснуть гораздо больнее, хоть и "доходяга" по его мнению. Может быть, у меня есть шанс, если полезу в драку? А что потом? Он тут наверняка не один... проклятье! Без маны я не могу даже сквозь стену посмотреть!
- Не ври мне! - крикнул мой мучитель. - Вас наняли искать наследство мага, и вы не удосужились даже узнать его имя?
У меня вертелся на языке вопрос насчет Шикаши. Что с ним? Но я заставлял себя помалкивать. Простой расчет на два хода вперед меня останавливал: "Что с Шикаши?" "Ах, ты беспокоишься о нем?" "Да" "Он у нас. Рассказывай все, а то убьем твоего друга". Слышал я про такие игры. Нет уж. Наоборот лучше разыграть наемного мага, недовольного своим начальником. Да, точно. Сделаю вид, будто моя гордость задета тем, что мной командует немаг.
- Не бейте меня! - я старался выглядеть напуганным. - Какая разница, как звали мага, который давно умер? Нас наняли не для того!
- Не понял?
- Таирия наняла нас, чтобы мы нашли убийцу ее сестры, а не наследство. И убийцу мы нашли. Дело закрыто несколько часов назад.
Искатель, кажется, был озадачен.
- Так что же вы искали потом?
- Клиентку...
Новый удар в ухо. Я начинал злиться и испытывал все большее желание дать сдачи. Но, если это маг огня, такая попытка мгновенно закончиться аккуратной дыркой, прожженной у меня в башке и полным черепом жареных мозгов. Вряд ли мне повезет вырубить его одним-двумя ударами... для этого нужны кулаки посолиднее моих. Ему же для запуска заклинания Огненной Стрелы хватит и доли секунды.
- А это что?
Он достал из кармана книгу. Ту самую, которую я купил у Черного Крыса.
- Если ты не знал имени мага, зачем ты носил с собой его книгу, а?
- Это просто совпадение! Очень хороший справочник! Да вы сами посмотрите, разве там есть хоть слово про наследство?! Он и не думал о наследстве, когда ее писал...
Искатель аж прищурился от внезапно вспыхнувшего интереса:
- Откуда ты знаешь?
- Ну как же... история магии. Саринган сначала был магом, а потом ушел в математику и философию и больше не публиковал книг о магии. Значит, эта книга относится к раннему периоду его жизни, а не к тому, который... ближе к старости и мыслям о наследстве.
- Разумно.
- Ну я же сыщик. А вы не думали, что я могу вам пригодится? Я все-таки маг снов, как и Саринган. Даже Шикаши не будет вам так полезен, как я!
- Хмм...
Разумеется, бандит мне не поверил. Однако в его хмыканье мне послышались не только нотки насмешки, но и нотки сомнения. Ах, вот бы посмотреть на его ауру, и понять, какие чувства он испытывает на самом деле! Я попытался втянуть в себя немного маны, но она сразу рассеялась. Жаль.
- Послушайте, я ведь дело говорю, правда? Я не знал, что это наследство Сарингана. Вы можете мне доверять!
Искатель лишь расхохотался в ответ.
- Что тут смешного? Если это наследство Сарингана, оно должно стоить уйму денег! Вы можете потратить лишь малую долю от его цены, и тем купить мою верность. Поймите, я всего лишь вчерашний студент, у меня денег мало, а хотелось бы больше! Такая книжка - это предел того, что я могу себе позволить!
Я попытался подпустить нотки вкрадчивой алчности в свой голос. То ли это подействовало, то ли мои аргументы показались разумными Искателю, но он дрогнул:
- Допустим, я тебе поверил. Но, если Саринган занимался магией только в ранний период своей жизни, почему же тогда его наследство - именно магическое?! Что-то не сходится...
- Значит, он все-таки не совсем забросил магию, как полагали его биографы, и работал над чем-то еще. А может быть, он открыл что-то еще в молодости, но не захотел делиться с остальными?
- Вот и я думаю: это должна быть воистину ценная магия, если он предпочел оставить ее потомкам... да к тому же это был сам Саринган!
Опа! А они что... выходит, они не знают, что именно изобрел Саринган? Похоже на то. Значит, они не в курсе, что речь идет об изменении ауры. Вероятно, они сделали вывод о большой ценности наследства только на основании того, что это был волшебник с мировым именем.
Тут мне в голову пришла еще одна идея:
- А потом, когда вы найдете наследство Сарингана, вам понадобится маг снов, чтобы разобраться в нем, и чтобы помалкивал. Я как раз маг снов. Вам не придется нанимать другого, убьете сразу двух зайцев и сэкономите кучу денег!
Этот аргумент, кажется, стал решающим. Жадность бандита победила. Но этот Искатель не был так уж прост.
- Хорошо. Однако, придется тебя повязать. Ты же понимаешь...
- Повязать?
- Да. Видишь ли, наследство Сарингана уже у нас. Но его записи зашифрованы. И мы знаем, что у вас есть ключ. Точнее, ключ хранится у Шикаши. Но где - он не говорит. Ты прочтешь его мысли... для нас.
Вот оно что. Я уже догадывался об этом, но теперь стало совершенно очевидно, что мы с Шикаши попали прямо в лапы убийц Нимы. Теперь Искатель думает, что я применю Чтение Мыслей к сыщику, и это разрушит его разум. Подобный поступок закон приравнивает к убийству: почти полное лишение разума считается столь же тяжким преступлением, как и лишение тела. Я поставлю себя вне закона и стану таким же преступником, как и эти негодяи.
Да. Здесь он меня и поймал. Я мог сколько угодно притворяться, но убить напарника - это дико!
К тому же я все равно не умел читать мысли. Мой арсенал магии в стихии снов исчерпывался заклинаниями групп Поиск, Эмпатия, Зов и Ясновидение. Это все близко, но не то. Поиском можно узнать, где мыслит человек, а надо узнать - что мыслит. Эмпатия позволяет прочесть эмоции, а надо - мысли. Зов позволяет принять мысли от другого мага снов, но ведь Шикаши - не маг. Наконец, Ясновидение позволяет узнать, что человек в данный момент видит и слышит, а мне надо - что он думает и помнит.
Я попытался потянуть время, сделав вид, что готов согласиться.
- Вы ведь маг, я прав? И, вероятно, огненный?
Искатель величественно кивнул.
- Пожалуй, мне осточертело, что мной командует немаг. Вот когда во главе дела стоит огненный, это правильно. Так что я сделаю то, что вы хотите.
Искатель насмешливо поднял одну бровь и спросил:
- Что, неужели ты не питаешь теплых чувств к своему начальнику? Судя по всему, он к тебе относится гораздо лучше.
Значит, Шикаши не стал в свою очередь притворяться... Мне стало немного стыдно, но что делать то?!
- Знаете, его отношение ко мне действительно чем-то напоминает отношение отца к сыну, а я уже не ребенок. Это унизительно. Уж лучше командир или атаман, чем "папаша".
Я попытался изобразить самую преданную и циничную ухмылку, на которую только был способен. Или я перестарался, или бандит решил перестраховаться, но он отреагировал недоверчиво:
- Да неужели? Ну посмотрим. А пока я все решу и обдумаю, тебе придется побыть навеселе, - сказал он, доставая откуда-то бутылку с тонкой трубкой. - Сам выпьешь или напоить тебя насильно?
Выдув содержимое бутылки, я стал терять сознание. В голове билась одна мысль: что же мне теперь делать?

Глава 9


Жизнь - это медленная смерть.
Саринган

Пробуждение было поганым. Шея заледенела и затекла от лежания на каменном полу, от которого меня отделяла лишь тонкая тряпка. Голова раскалывалась от боли. Похмелье. Да еще и разбудили меня пинком под ребра.
Но пинок был умеренный... без желания покалечить. Послышалась лошадиное ржание, которое должно было изображать смех, и брань, которая могла изображать мысли.
На этот раз надо мной стояло трое. Тот франт, который допрашивал меня вчера, какой-то верзила с ярко выраженными признаками идиотизма на лице и еще один... "Искатель". Я видел в нем сгусток воздушной маны - значит, коллега, "ветряк". Его неприветливую физиономию перечеркивал старый, длинный и глубокий шрам, а еще один свежий порез красовался на подбородке.
- Что решили, господин атаман? - обратился я к франту.
Верзила снова заржал.
- Вы слышали это!? "Господин атаман!" Ха-ха-ха! Вот придурок!
- Юноша хотел выказать уважение, - сказал воздушный маг с легкой иронией.
Я был трезв, но все еще магически "пуст". Плохо. Этот мужик со шрамом тут неспроста. Интересно, что он скажет, если я начну поглощать ману воздуха? Запретит? Ману снов можно получить только с помощью управляемых сновидений, а я под действием спиртного спал мертвецки. Маны света в комнате без окон нет совсем. Маленький светильник под потолком был волшебным, его свет не нес в себе энергии, наоборот устройство расходовало свой внутренний запас маны, чтобы создавать свет. До самого светильника мне не добраться - высоко...
Ничего не оставалось, как продолжать играть свою роль:
- Я все еще надеюсь войти в долю. Как мне к вам обращаться? Искатель, Искатель и Искатель?
Здоровяк опять возбудился и радостно заржал. Это начинает раздражать.
- На самом деле атаман здесь я, - сказал Искатель со шрамом. - Обращаться лучше на "ты", без званий и "господинов", а уважение выказывать беспрекословным подчинением. Меня зовут Шрам, это Цыпа (он указал на франта), а это - Мясник. Цыпа - мой зам. Второй мой зам - Бандура. В мое отсутствие ты должен им подчиняться, как мне. Мяснику можешь не подчиняться, все равно он ничего толкового не прикажет, - закончил атаман под радостный хохот придурка.
Шрам, Цыпа, Мясник... - не имена, а клички. Уголовники со стажем, не иначе.
Шрам объяснил мое положение. Посовещавшись, они все-таки решили, что меня можно взять в банду. Однако прежде я должен был доказать свою верность и отрезать себе путь назад. Для этого придется убить напарника и узнать у него, где спрятан ключ. А до тех пор доверие ко мне равно нулю. Меня больше не будут опаивать - чтобы я мог работать. Но мне запретили накапливать ману до тех пор, покуда не настанет пора допросить Шикаши. Также ко мне приставят двух магов - воздуха и света, чтобы следить за мной и остановить, если я попытаюсь нарушить запрет.
Я попросил времени на подготовку к Чтению Мыслей. Шрам согласился, но сказал, чтобы я поторапливался.
- Если попытаешься морочить мне голову и тянуть время, я из тебя вытяну клещами все сухожилия на глазах у твоего напарника. Думаю, он быстро расколется, - пообещал Шрам. - Я так и собирался сделать сначала, но ты можешь нам пригодиться, если не лжешь.
Пришлось горячо убеждать главаря в своей верности:
- Все сделаю как надо. Вы же понимаете, я был бы давно в розыске, если бы хоть раз применил Чтение Мыслей на практике. Это будет в первый раз. Надо все еще раз тщательно перепроверить и пересчитать. Только Шикаши знает, где ключ. Я не хочу убить его из-за случайной ошибки - сначала он должен признаться.
- Но после того, как он признается, ты его добьешь, - сказал Шрам. - Иначе никак.
Я смог только кивнуть, так как язык у меня прирос к небу. Кто кого обманывает? Моя афера оборачивается тем, что меня же загоняют в угол. Чем это кончится? Я был очень молод, и умирать не хотел, а здесь появилась возможность выжить, отняв жизнь верного друга. Что случится, когда меня припрут к стенке? Смерть или предательство? Если я не убью Шикаши, его все равно убьют, так что своим героизмом я никого не спасу и погибну сам. Логика требовала подчиниться бандитам, а совесть тянула в другую сторону.
- Если ты это сделаешь, - добавил главарь, - ты можешь рассчитывать в будущем на большое вознаграждение - как полноправный маг-искатель.
Изображая жадную радость, я мысленно пожелал ему подавиться своим вознаграждением. Попросил свою книгу, и ее мне вернули. Тогда я спросил чего-нибудь от похмелья, но Шрам сказал:
- У меня есть саргазово масло, но ты его не получишь. Пусть это послужит тебе маленьким уроком, что не следует переходить дорогу искателям.
Потом я поинтересовался, нет ли каких-нибудь химикатов для магии снов? Оказалось, они обыскали мой номер в гостинице (где, собственно, и взяли фолиант Сарингана) и прихватили с собой все магическое барахло, какое смогли найти, а также все записи. Так мне "подарили" мешок с моими же пожитками. Затем меня заперли вместе с двумя надсмотрщиками и приказали: "работай!", еще раз строго предупредив, чтобы я не вздумал что-нибудь выкинуть.
Разумеется, я немедленно стал думать именно о том, как бы что-нибудь выкинуть. Надсмотрщиками оказались два парня почти моего возраста - один маг света, второй - маг воздуха. Комната, где мы очутились, была богато обставлена в стиле "светлое золото и светлая древесина". Тяжелые желтые шторы на окне, светло-коричневый ковер с бахромой на полу, атласная обивка стен, широченная кровать, стулья с вычурной резьбой, зеркала с позолоченными рамами. Если тут живет кто-то из искателей, то у хозяина комнаты денег куры не клюют.
В комнате было светло, в солнечных лучах соблазнительно посверкивали капсулы маны, но увы - сейчас за мной следили. Среди моего барахла были всякие амулеты, а в них - запас сильно концентрированной энергии. Конечно, если я попытаюсь "подоить" амулет, заряженный маной воздуха или света, мои надзиратели это сразу засекут. Но где-то там должна быть деревяшка, под завязку наполненная маной снов... Для моих надсмотрщиков это просто деревяшка, которую по незнанию можно принять за бесполезный предмет, разряженный амулет или заготовку.
Не знаю, почему они не предусмотрели этот вариант - то, что среди моих вещей могут быть такие амулеты. То ли мне повезло, то ли я слегка усыпил их бдительность, то ли предусмотреть все мелочи просто нереально.
Я стал возиться со своим барахлом, будто бы разыскивая тетради с нужными записями и коснулся деревянного амулета, отодвигая его в сторону - словно он мне помешал. В этот момент жадным рывком я успел высосать из него частичку заряда.
Ух! Наконец-то я снова могу видеть ауры! Я ощутил себя прозревшим. Теперь я могу кое-что узнать о моих стражах. Ауры парней я сразу узнал - той ночью они были среди людей, крадущихся к гостинице. Мои надсмотрщики, кажется, очень нервничали. Уже заподозрили неладное?
Я постарался быть осторожнее. Среди всех тетрадей нашел одну самую толстую и жесткую. Раскрыл ее, положил перед собой, но потом перестал придерживать страницы, и она захлопнулась. Тогда я взял деревянный амулет и положил его сверху, как будто мне нужен был этот груз, чтобы удержать тетрадь в раскрытом состоянии. Делая это, я воспользовался моментом, чтобы "выдоить" амулет подчистую.
Теперь у меня было немного маны снов. Увы, этого не хватит, чтобы послать в Цитадель Зов с призывом о помощи. Придется подождать, когда мне разрешат набрать больше энергии. И тогда я смогу скрытно... нет, но это же очевидно - неужели они не предусмотрели такую возможность?
Делая вид, что листаю фолиант Сарингана, я лихорадочно сопоставлял факты, пытаясь делать это в той манере, которую много раз демонстрировал Шикаши, рассуждая вслух. Наверное, не стоит надеяться на то, что Шрам совершит еще одну оплошность, как с амулетом. Этот ход с моей стороны напрашивался. Недаром они меня опаивали. Я один не мог оказать им серьезного сопротивления, но они не хотели, чтобы я послал Зов в Цитадель - вот в чем дело. Но тогда они должны были предусмотреть, что я попытаюсь это сделать при первой возможности!
Допустим, они предусмотрели это. Что в таком случае Шрам мог предпринять? Я представил себя на его месте. Молодой парень-маг в окружении вооруженных бандитов - как магов, так и воинов. Убить его (то есть меня) - дело нескольких секунд. Самое главное - вовремя заметить, если я попытаюсь послать Зов. Но ведь они не способны распознать момент, когда я начну кодировать сообщение... так как среди них нет магов снов! Тогда как они думают это засечь?
Стоп, а ведь есть такие амулеты! Они реагируют, если кто-то рядом пытается наколдовать Зов. Я вспомнил официальные соревнования по тринк-транку. Участники, владеющие магией снов, могли бы получать подсказки телепатически. Чтобы этого не случилось, рядом с каждым ставили несколько пирамидок. Они засекали всякую магию, запрещенную на соревнованиях, в том числе и Зов.
Что же, это возможно. Кстати, вот так они, наверное, меня и вычислили. Когда мы с Шикаши висели в небе, я как раз стал колдовать Зов. Если у бандитов был предупреждающий амулет, они это засекли и, наверное, кто-то из них тоже взлетел в воздух, а потом внезапно атаковал меня сзади. Эта версия похожа на правду. А как же невидимость, которая скрывала меня и сыщика? Ах да, я же был по уши заряжен маной. Даже если я сам невидим для глаз, то другой маг воздуха увидит сгусток маны внутри меня вовсе не глазами. Правда для этого надо подлететь достаточно близко. Откуда же они узнали, в каком секторе неба меня искать?
Вспоминая свои действия, я сразу нашел ответ. Мы висели прямо над гостиницей. Это была самая удобная и естественная позиция для наблюдения. Но ведь бандиты могли рассудить точно так же. Увы, я был слишком предсказуем. Все сходится.
Я взял фолиант Сарингана, раскрыл на главах, где описываются разные виды Телепатии. Дела обстояли примерно так, как я и предвидел: все очень сложно. Я знал, что именно надо делать и как. Нас этому учили. В книге была вся необходимая информация. Однако требуется время, чтобы мои знания и книжная мудрость превратились в умение - мое умение читать мысли. Недбходимо время, которого мне никто не даст.
Мне сразу стало очень легко. Больше передо мной не стоял страшный выбор - предать или погибнуть героем. Даже если бы я и хотел предать напарника, я бы не смог этого сделать чисто физически. Для создания плетения такой сложности требуются недели упорного труда. Бандиты мне столько не дадут.
И что теперь остается? Погибать героем? Нет уж! Погибать - так с музыкой, устроив бандитам "веселую" жизнь!
Делая вид, что внимательно изучаю книгу, я сосредоточился, вводя себя в транс. Пришлось это делать с открытыми глазами, иначе надзиратели почуяли бы неладное. Но меня охватила какая-то легкая, решительная, злая радость, казалось, все по плечу.
Тонкие нити маны потянулись от меня в разные стороны. Мое сознание разделилось на несколько фрагментов, один их них устремился через окно, второй - через дверь, еще один - сквозь стену... Я быстро и тщательно обыскивал все здание, запоминал расположение комнат и людей. Внизу, неподалеку от камеры, где держали меня, я нашел Шикаши. Мой напарник был жестоко избит, но, кажется, обошлось без переломов. Хорошо, значит, я смогу рассчитывать на его боевое искусство.
Экономя ману, я повесил заклинание "Якорь" только на самых важных людей - на Шикаши и Шрама. Теперь я в любой момент смогу определить их расположение, не входя в транс. После этого я вернулся в обычный мир и осторожно покосился по сторонам. Кажется, моя короткая "отключка" осталась незамеченной. Мои надзиратели, судя по аурам, успокоились и скучали.
Как же заморочить голову бандитам? Как спасти напарника? Процедура Чтения Мыслей опасна не столько магическим воздействием, сколько химикатами, которые в ней применяются. Может, продиктовать им неправильный набор зелий? Эта хитрость напрашивается. Вот именно. Один раз я уже попался из-за своей предсказуемости. Думаю, Шрам первым делом проверит список химикатов. Тут даже не надо быть магом, достаточно свериться со списком в каком-нибудь справочнике - да хотя бы в книге Сарингана.
И тут я вспомнил, что древний маг искал безвредные способы Чтения Мыслей. Может, он написал об этом в справочнике? И действительно, эти исследования оказались подробно рассмотрены в одном из разделов. Саринган сетовал на то, что совсем без снадобий ничего не получается. Требовалось найти новую комбинацию химических и магических компонентов: действенную, но безвредную. Сарингану суждено было потерпеть неудачу: одни составы действовали, но были опасны для человека, а другие хотя и безвредны, зато неэффективны. Вот именно этот второй тип снадобий мог мне пригодиться. Саринган перепробовал множество химических веществ, все без толку, однако кропотливо перечислил все свои неудачи, чтобы потомки не тратили время на повторные попытки.
Среди бесконечно длинного списка я нашел один вариант: "Кашпалатная паста. В сочетании со стандартной смесью номер 5 действует как сильный темпоратор с откатом. Смесь безвредна, но не подавляет волю".
Сначала я даже не поверил своей удаче и перечитал несколько раз. Эта паста есть среди моего барахла. Смесь не подавляет волю, значит бесполезна. Безвредна. То что нужно. А темпоратор с откатом - это маленький приятный бонус. Темпоратор означает, что у человека резко ускоряются все нервные импульсы. Он двигается быстрее, а главное, повышается скорость реакции. Шикаши - очень опасный боец, а если он примет эту смесь, то превратится в монстра! Что касается "отката", это означало, что через какое-то время наступит обратная реакция: сильное замедление. Но к тому времени это будет уже неважно. Если мы не спасемся быстро, то не спасемся никогда. Затяжной бой против шестерых магов - это верная смерть.
Прошел день, вечер и ночь. Спать мне не позволили, опасаясь, что я накоплю ману снов. Правильно опасались: я бы непременно так и сделал. Наутро заявился Шрам.
- Ну? Проверил, что хотел?
Даже суток не дал... Значит, развязка близится.
- Да. Осталось купить нужные снадобья. С моим арканом будет действовать только смесь номер 5. Я показал ему место в книге, где были перечислены все компоненты.
Тот внимательно прочел и вырвал страницу.
- Книгу то зачем портить!? - возмутился я автоматически, а потом осекся, так как вспомнил, с кем имею дело. Пришлось срочно имитировать приступ жадности: - Знаешь, во сколько она мне обошлась?
Шрам расхохотался. В отличие от радостного ржания Мясника, его смех звучал жутковато. Я даже подумал, что меня ждет какая-нибудь мелкая пакость вроде пинка или зуботычины, но, как ни странно, обошлось:
- Ну ты и жлоб! - сказал он таким тоном, будто похвалил. - Ладно, сегодня я добрый...
Он переписал названия зелий, повернулся, и ушел. Пока атаман заслонял собой надзирателей, я тихонько прикарманил тюбик с пастой и крошечное лезвие для бумаги (может, пригодится).
Двое моих надсмотрщиков откровенно мучались со скуки. Это только поначалу они внимательно отслеживали каждое мое поползновение, ожидая, что я начну втихаря собирать ману из света или воздуха. Но я не нарывался. Со временем их внимание стало рассеиваться, и они начали трепаться между собой. Из разговоров я узнал их клички - Тертый и Шакал. К сожалению, ничего интересного из болтовни почерпнуть не удалось. Они мне не доверяли ни капельки, и говорили только о пустяках.
Прошли уже почти сутки. И я, и мои надзиратели устали и хотели спать. Что же будет дальше? Ох! А что, если спать они мне все-таки дадут, но опять напоят вином? Тогда вся мана, которую я украл из амулета, пропадет, и я опять буду полуслепым!
- Спать то вообще будем? - спросил я.
- Как Шрам скажет, - пожал плечами Тертый.
- Что, соскучился по собачьему коврику в камере? - съязвил Шакал.
Интересно. Шутка злая, кличка - тоже, а в душе этот человек вовсе не желал мне зла. Да и я уже не мечтал перегрызть ему глотку. Кажется, мы начинаем привыкать друг к другу. Скоро из меня получится заправский бандит, свой в доску - горько укорил я себя.
Тертый и Шакал оба не были сильными магами. Я несколько раз собирался атаковать их, но раздумывал. Наверное, шансы у меня были и неплохие. Я мог сыграть на внезапности. Они не знали, что я уже припрятал небольшой запас маны.
Но что будет с напарником, если я сбегу?
- Могу я посмотреть на Шикаши?